Я распределился после ВУЗа на завод,Я людьми командую на доменной печи.У людей шатание, гулянка и разброд —Пьют, как оголтелые, лечи их, не лечи.Слесаря и грузчики в похмельной маяте«Сбегай за поллитрой, — шепчут с грустью и тоской, —На сухое горло даже кони, вон, и теОт работы дохнут от такой»Я спец. Я старший мастер. Все равно мнеКричат: «Беги давай! Народ страдает!»Мой сменщик мне сказал: «Живи и помни:Не дашь по роже — не зауважают!»Ох, во мне и сила — как река без берегов, —Я начистил рыло всем, кто под руку попал,И отдельной темой алконавтам из мозговГрадусы с промиллями к чертям повышибал.За общий стол в преддверье ПервомаяЗаместо тамады меня сажают —Дела пошли. Догадлив. Понимаю:Не дашь по роже — не зауважают!Мне сказали парни: «Нам понятен разговор,Где-то даже близок. Ну, а как нас не учить,Если мы метиловый не можем до сих порОт простой водяры отличить?»Да, тяжел кулак мой, но местами, вон, ужеВоровство с прогулами сошли на ноль, на нет.Я в бою с соперником — в контакте, в кураже.Я провел на ринге десять лет.Призер Союза в полусреднем весе —Вот кем я был, теперь все это знаютИ даже намекали в местной прессе,За что меня, примерно, уважают.Мне, ей-богу, совестно, но дело-то пошло!План даем, и премия не хилая у нас.С шишками, с фингалами, но трезвый, как стекло,Цех, пыхтя и бегая, жиры свои растряс!Мне ребята трубку подарили с мундштуком,Как тому, который по ночам сидел в Кремле,От которого злодеи отлетали кувырком, —Царь и бог, я помню, свет во мгле!Он тридцать лет нас вел прямой дорогой.«Таким же будь, — ребята мне желают,А надо нас учить — за ради бога!Не дашь по роже — не зауважают!»Я стих писал всю ночь, и вот — готово,Пусть критики над ним соображают,Не то в нем три, не то четыре слова:«Не дашь по роже — не зауважают!»2015<p>«Закусь к водке укропом и перцем…»</p>
