Джеймс ослепил ее улыбкой, в которой не было страха, но был дерзкий вызов судьбе. Казалось, он и впрямь верил в то, что ни с ним, ни с ней не могло случиться ничего плохого.
– Лучше уж утонуть, чем попасть в лапы врагу, – заявил он с веселой улыбкой.
Давина посмотрела вниз.
– А другого пути нет? – спросила она с дрожью в голосе.
Джеймс отрицательно покачал головой, лишив ее последней надежды.
– Я не очень хорошо плаваю, – со вздохом сказала девушка.
– И я не очень. – Ее спутник снова улыбнулся.
Давина недоверчиво взглянула на него и, как ни странно, немного успокоилась. Уж если Джеймс в такой момент был способен дразнить ее, значит, считает, что они непременно спасутся.
– Возможно, нам и не придется никуда плыть, – тихо сказала Давина. – Скорее всего, мы погибнем во время падения.
– Вот это сила духа! – воскликнул Джеймс. Усмехнувшись, он подмигнул ей и спросил: – Ты мне доверяешь?
– Да, конечно. – Давина кусала дрожавшие губы.
– Тогда держись за меня покрепче, – прошептал Джеймс. – Ну, иди ко мне…
С бьющимся сердцем Давина прижалась к его груди. Он тотчас же обнял ее, и она блаженно вздохнула, наслаждаясь его теплом и силой. Она верила ему беззаветно, но при этом знала, что шансов выжить у них меньше, чем умереть.
– Я люблю тебя, Давина Армстронг, – прошептал Джеймс.
Это неожиданное признание вызвало у нее такую бурю эмоций, что она забыла о страхе. Посмотрев ему в глаза, Давина увидела: он говорил правду. И сердце ее воспарило к небесам.
– А я люблю тебя, Джеймс Маккена, – ответила она шепотом и чмокнула его в щеку.
И в тот же миг Джеймс еще крепче прижал ее к себе – и прыгнул вперед. Давина вскрикнула, почувствовав, что падает. Она изо всех сил прижималась к Джеймсу, хотя в этом едва ли была необходимость: он держал ее так крепко, что ей не удалось бы выскользнуть, даже если бы она того захотела.
С силой ударившись о воду, Давина содрогнулась, и у нее от жуткого холода перехватило дыхание. А в следующее мгновение она почувствовала, что они идут ко дну, погружаясь все глубже и глубже в ледяную воду. Какие-то ветки цеплялись за одежду, а по лицу скользили стебли и травы…
«Я люблю тебя, Давина Армстронг». Эти слова Джеймса, многократным эхом повторявшиеся в ее сердце, придавали ей сил и помогали противостоять холоду и мраку. Но если озеру будет угодно забрать ее жизнь, что ж, так тому и быть…
Но они так и не достигли дна. Внезапно Давина почувствовала, что какая-то сила выталкивает ее на поверхность. Конечно же, это был Джеймс. Изо всех сил работая ногами, он тащил ее за собой наверх. Она пыталась ему помогать, но замерзшие ноги и руки не слушались ее. Когда же они наконец выплыли на поверхность и Давина сделала первый вдох, воздух больно обжег легкие. Судорожно дыша и отплевываясь, она по-прежнему крепко держалась за Джеймса, уже плывшего к берегу.
Вскоре они увидели стоявших на вершине холма вооруженных людей, и Давина даже слышала их гневные крики. Слов она разобрать не могла, но было ясно, что их с Джеймсом заметили.
– Будем молиться о том, чтобы у них не оказалось луков и стрел, – сказал Джеймс. Он плыл, загребая ледяную воду одной рукой, а другой придерживал девушку. Давина же едва могла шевелить конечностями. Тяжелый плащ намок и тянул ее вниз, но Джеймсу, похоже, не составляло особого труда тащить ее за собой.
Дно у берега было илистым, и Давина на коленях, задыхаясь от натуги, выползла на берег.
– Ну как, жива? Как настроение? – пробормотал Джеймс.
– Я едва не утонула… К тому же промерзла до костей и чуть не сошла с ума от страха, – стуча зубами, ответила Давина.
– О, как отрадно слышать возмущение в твоем голосе, – сказал Джеймс с усмешкой. И вдруг закинул девушку себе на плечо и понес.
– Я могу идти сама, – пробормотала Давина. – Мне нужно лишь немного отдышаться.
– У нас нет ни минуты. Те люди скоро спустятся к озеру, и нам надо побыстрее спрятаться в лесу, чтобы они тебя не захватили.
– Почему ты решил, что им нужна я? Разве у тебя нет врагов?
– Таких назойливых – нет, – проворчал в ответ Джеймс.
Давина вздохнула, по-прежнему выбивая зубами дробь. Хорошо еще, что ее согревало тепло Джеймса… Иначе она, наверное, уже умерла бы от холода.
– Как далеко мы от замка? – спросила она.
– Достаточно далеко. А до ворот нам пришлось бы бежать через поле. Лучшей мишени и не придумать. Я знаю одно место, где мы можем спрятаться. И оно, это место, ближе чем замок.
– Опусти меня на землю, Джеймс. Мы будем двигаться быстрее, если я побегу вместе с тобой.
Джеймс не ответил. И опускать ее на землю не стал. С девушкой на плече он бросился бежать, перепрыгивая через валуны и по возможности уворачиваясь от хлеставших по лицу веток. Шипы и колючки цеплялись за мокрый плащ Давины, и она могла лишь догадываться, сколько царапин досталось Джеймсу.
В гуще леса он остановился, чтобы перевести дух. Когда же Давина попыталась соскользнуть с его плеча, Джеймс не стал этому препятствовать, и это означало, что он выбился из сил.
– Здесь уже недалеко, но медлить нельзя, иначе они выйдут на наш след, – пробормотал Джеймс.
