– Она будет счастлива, – с улыбкой ответил Джеймс. – Хотя, как я подозреваю, сюрпризом для нее наше решение не станет. И для отца – тоже. Ведь это он решил, что ты должна выйти за одного из его сыновей.
– Боюсь, что твой отец не даст нам забыть о том, чья это была идея, – со вздохом заметила Давина.
– Да уж, рассчитывать на то, что он промолчит, было бы глупо.
– К тому же ты сам ему сказал, что я тебя не интересую.
– А ты сказала, что вообще никогда не выйдешь замуж, – парировал Джеймс с лукавой улыбкой.
– Будем надеяться, что твоя мать не даст нас в обиду.
– Мы всегда можем на нее рассчитывать, – согласился Джеймс. Заметив, что Давина тоже улыбнулась, он вздохнул с облегчением. Было ясно, что первый бой со страхом она выиграла.
– Я согласна терпеть шуточки твоего отца, – сказала Давина. – За право называться твоей женой я и не то готова стерпеть.
– Может, нам стоит уехать отсюда подальше, чтобы не видеться с отцом чаще чем раз в два года? – в шутку предложил Джеймс.
– Нет! Очень далеко мы не поедем. Мы будем жить в замке Торридон, что всего в двух неделях пути от замка Маккены. Это достаточно далеко, чтобы жить своим умом, но не настолько далеко, чтобы твои родственники не могли нас навещать.
– Изредка навещать, – со смехом уточнил Джеймс. Только сейчас он понял, как ужасно устал от прежней неопределенности.
Давина тоже рассмеялась и проговорила:
– Я точно знаю, что мы будем счастливы вместе. – В голосе ее звучала уверенность, а в глазах сияла надежда.
– Я уже счастлив, любимая. – Джеймс поцеловал ее в кончик носа.
– Нам еще долго нельзя отсюда выходить? – неожиданно спросила Давина.
– Лучше дождаться темноты. Чтобы добраться до замка под покровом ночи.
Давина кивнула и, прижав руку к животу, со вздохом пробормотала:
– Так есть хочется… Ты, верно, помнишь, что не дал мне позавтракать?
«Справедливый упрек», – подумал Джеймс.
– Ты ведь, кажется, прихватила с собой лепешки. Чем тебе не завтрак?
– Я положила их в карман и забыла про них.
– Хочешь, я проверю, там ли они?
Давина со смехом проговорила:
– Если они пережили погружение в озеро, то я с удовольствием посмотрю, как ты будешь давиться размокшими крошками.
– Придется мне их съесть хотя бы для того, чтобы тебе угодить. – Поцеловав Давину в плечо, Джеймс добавил: – Твоя одежда скоро просохнет. А пока не хочешь ли немного поспать? Или ты боишься, что твой сон вернется?
– Если он вернется, ты его прогонишь, – сказала Давина с улыбкой. – А сон поможет мне обмануть голод.
– Как только мы вернемся в замок, я прикажу запечь целую оленью тушу, – заявил Джеймс. – Отпразднуем нашу помолвку.
Давина чуть передвинулась и положила голову ему на колени. Мужской орган Джеймса тотчас оживился, и Давина, почувствовав это, со смехом сказала:
– Нет-нет, придется подождать до возвращения в замок. Как и с обещанным мне оленем.
– Хватит меня дразнить, бесстыдница, – пробурчал Джеймс.
– Слушаюсь, мой господин.
Немного поерзав, Давина наконец нашла удобное положение, и вскоре дыхание ее стало глубоким и мерным. Лишь убедившись, что она спит, Джеймс взял в руку меч и устремил взгляд на проем в скале, ведущий в соседний зал.
Через какое-то время он услышал чьи-то шаги. Джеймс насторожился, но паниковать не стал. Не зная точно, где находится вход в пещеру, никто не смог бы сюда попасть. А если бы неизвестным врагам удалось их выследить, то они бы уже давно были здесь. Значит, сюда шел тот, кто не знал о существовании этого убежища. А знавших можно было пересчитать на пальцах одной руки. Если только ничего не изменилось за последние пять лет.
Внезапно Давина проснулась и, приподняв голову, вопросительно на него посмотрела. Джеймс молча кивнул, и она, стараясь производить как можно меньше шума, быстро оделась. А Джеймс надел все еще немного влажную тунику, затем взял в правую руку меч, а левой вытащил из голенища нож.
– Держи… – Он протянул нож Давине. – Надеюсь, это кто-то из наших, а если нет…
Глаза Давины округлились от страха, но она все-таки взяла нож. А потом страх в ее глазах сменился суровой решимостью, и она шепотом спросила:
– Сколько у нас времени?
Джеймс ненадолго задумался.
– Очень мало. Поэтому спрячься за тот валун и не выходи, пока я не скажу.
Давина тотчас же спряталась за камень, а Джеймс подошел к проходу и стал сбоку, укрывшись в расщелине.
Долго ждать ему не пришлось. В пещеру вошел мужчина, но Джеймс не мог его рассмотреть, лишь видел, что в одной руке тот держал зажженный факел, а в другой – обнаженный меч. Тут клинок вдруг блеснул, на долю секунды ослепив Джеймса, но уже в следующее мгновение он заметил на плече воина плед и узнал цвета Маккены.
Но все же Джеймс не торопился опускать свой меч. Лишь увидев лицо воина, он крикнул:
– Малколм!
– Джеймс, наконец-то! – радостно воскликнул Малколм. – Мы уже несколько часов прочесываем лес. Давина с тобой?
– Я здесь, – сказала Давина, выходя из-за камня.
– Слава богу! Мать содрала бы с меня шкуру, если бы я вернулся в замок один.
– Рад видеть тебя, брат. Не стану спрашивать, кого из нас двоих ты предпочел бы найти, – проворчал Джеймс, но все же улыбнулся.
