- Влад, я что на допросе? – вспыхнула она.
- Можно и так сказать, так что же он сделал?
- Встретил меня после работы и силком затащил в свою машину. Но он подвёз меня к дому и отпустил.
- Что говорил?
- Влад!
- Что он говорил тебе, Алиса? Я хочу знать до мельчайших подробностей всё, о чём вы беседовали.
- Та не о чём таком. Мужем интересовался, я сказала, что его для меня не существует. Он мне свидание назначил.
- Как он выглядел, опиши.
- Высокий, лет тридцати пяти, у него шрам от виска всю щёку пересекает, - произнесла девушка.
- Так не пойдёт, - ответил Калуга, - на хату поехали, - обратился он к напарнику и тот кивнул.
- Влад, на какую ещё хату? Что ты задумал? Я хочу уйти, немедленно, - она задёргала ручку двери, поддаваясь панике, но Влад схватил её за руку и посмотрел прямо в её широко распахнутые глаза.
- Алиса, посмотри на меня, посмотри, не отводи взгляд.
Она сглотнула и устремила взгляд в его глаза.
- Хорошо, а теперь скажи, ты веришь мне? Веришь? Доверься мне. Я на твоей стороне, на стороне Яра. Просто поверь. Мы смотаемся кое куда, а потом я отвезу тебя домой, ты поняла?
Она молчала, просто понимая, что у неё нет иного выбора.
Они приехали в какую-то квартиру, которая находилась не в самом лучшем районе города в старом доме. Влад всё время держал Алису за руку, словно опасаясь, что если отпустит, то та добавит ему проблем, сбежав.
В квартире всё было очень скромно, складывалось впечатление, что здесь живут какие-то совсем малоимущие и нуждающиеся люди. Обстановка была скромнее некуда. Ужасная мебель, обшарпанные стены.
К Алисе подошла женщина лет сорока и оценивающе посмотрела на девушку.
- Алиса, это Машуня, - произнёс Калугин, - показывая на женщину.
Алиса бросила на Влада неоднозначный взгляд.
- Ты сейчас пойдёшь с Машей вон в ту комнату, - рукой показал Влад на одну из комнат, которые были в этой трёшке. - Машуня поможет тебе набросать фоторобот твоего воздыхателя со шрамом.
Алиса молча подчинилась, да и выбора не было.
Влад и мужчина прошли на кухню.
- Что скажешь, Калугин?
- Ты был прав, Майор, как всегда прав, что б тебя.
- Я не сомневался, что за этой девчонкой следят. Стоило ей выйти из дома, как за ней организовался хвост. Наши взяли этих парней, их было четверо.
- Люди Адарова, - констатировал Влад, - кто бы мог подумать, что их так легко будет взять на приманку.
- Я мог знать. Да, и им нужна эта женщина, Влад.
- Побеседуем с ними и поймём, что именно им было приказано сделать.
- Обязательно, но сначала с девчонкой разберёмся. Ты на кой чёрт хату ей запалил?
- Она съёмная, ничего такого, сменим завтра же, - Влад пожал плечами, отворачиваясь от сигаретного дыма, который выпустил Майор.
- Хорошо, подождём, что там Маша с ней накалякает, может и ничего важного. Хату сменишь сегодня же, уяснил?
- Да.
Ярослав без особого энтузиазма встретил Серова, который уже ждал его.
- Опаздываешь, Соколовский, пунктуальность явно не входит в одну из твоих слабостей.
- Ты ничего не можешь знать о моих слабостях, Рома, зачем явился? Что тебе может быть надо от меня? – Ярослав лениво оперся об стол, сложив руки на груди.
- Пообщаться надо.
- Попробуй, но это будет непросто, учитывая то, что я не верю ни единому твоему слову.
- Не кажется ли тебе, Яр, что постоянное недоверие слишком уж большая цена за возможность не быть обманутым?
- У каждого своё мнение и своя точка зрения, которая не всем может нравиться. Мне плевать на твоё одобрение или не одобрение. Главное – моя собственная уверенность в том, что я поступаю верно и здравый смысл, которым руководствуюсь в принятии решений. И я предпочитаю не предоставлять человеку кредит доверия, если он уже несколько раз демонстрировал свою неплатежеспособность.
Серов достал из портфеля папку и положил перед Яром, тот бросил на неё небрежный взгляд.
- Это что, Рома?
- Взаимовыгодные условия, Соколовский, посмотри.
Ярослав достал документы и просмотрел. А потом его взгляд полный негодования устремился на Серова.
- Это что? Готовый договор купли-продажи моих акций? Ты, видимо, свихнулся, если полагаешь, что я продам всё «Ирбису», ещё и за такую цену.
- Если речь лишь в цене, то мы можем пересмотреть условия сделки. Скажи свою цену, Яр! И мы выполним твои требования.
- Полагаешь, что я поверю тебе, Серов. Вижу, что ты теперь полностью перед конкурентами стелешься. Только вот верить твоим обещаниям, предатель, — всё равно что верить благочестию дьявола.
- Мы могли бы нормально работать, Яр, прими наши условия.
- Никогда я не стану заключать никаких сделок с теми, кого не могу уважать. И тебя слушать, Рома, не стану. Прислушиваться к мнению того, кто тебя предал, это почти то же, что дать вторую пулю тому, кто не попал в тебя в первый раз.
- Продать всё – это лучшее решение, Яр, ты и сам это понимаешь. Ты получишь деньги, а «Ирбис» всё остальное.
- Облагодетельствовать меня решили, так, Серов? Иногда, заключая сделки, мне было непросто разглядеть, чем вызван на вид искренний и благородный поступок компаньона — порядочностью или дальновидным расчётом, но только не в твоём случае, Рома.
