Когда Деметрия наконец разбудил отдаленный шум, мир вокруг изменился. Мужчины в шлемах, с копьями и щитами, лучники, среди которых были и женщины, подростки, помогающие нести связки копий, — все быстро шли на запад, туда, где долину защищала большая стена. Деметрий услышал голоса высоко над своей головой. Посмотрев вверх, он увидел, что по краю южной скальной стены ходят часовые в шлемах, со щитами и копьями, хотя накануне они не были вооружены.
Между хижинами никого не было видно. Только у входов в пещеры стояли часовые, но не те, что раньше. Теперь входы охраняли два подростка, лица которых были суровы, как лица взрослых мужчин, исполненных сознания своей ответственности.
Деметрий улыбнулся, но потом вспомнил, в каком он положении. Скованный цепью, он поднялся и вышел на площадку перед хижинами. Теперь ему было видно движение во всей долине. В загонах седлали лошадей. На северной стороне, на другом берегу каналов и прудов, появились отряды бойцов, идущих на запад, на скальной стене заняли посты часовые. Он наблюдал за мужчинами в шляпах и женщинами в платках, которые продолжали трудиться на полях, в садах, у оросительных каналов.
Слева вынырнул Рави. Видимо, он ходил в туалет, находящийся за хижинами.
— Началось, — сказал он. — Наконец-то началось. — Индиец хлопнул в ладоши, а потом расплакался.
— Что началось? Ты что-нибудь слышал?
Рави вытер слезы со щек.
— Барадхия собрал своих людей, — ответил он. — Все говорят, что римляне на подходе. Возможно, уже перед воротами.
Деметрий сначала ощутил страх, холод, а потом вдруг странное безразличие. Ожиданию пришел конец. Теперь будет только ужас.
— Пойдем посмотрим, удастся ли нам позавтракать, — предложил он товарищу.
— Позавтракать? — удивился Рави. — Неужели у тебя есть аппетит? В таком положении?
— А что, будет лучше и умнее умереть с бурчащим желудком?
Так как строительная древесина и дрова были дорогими, в Ао Хидисе организовали общинные кухни. Кухней охраны заведовал кузнец-оружейник, огонь которого служил двум целям. Когда Деметрий, гремя цепью, зашел в кузницу, тот стоял у огня и что-то мешал в котле.
— А где все остальные? — спросил Деметрий.
— Некоторые у князя, в крепости. Другие пошли к стене, — ответил кузнец, не оборачиваясь.
Деметрий потянул носом воздух. Пахло слегка подгоревшей пшеничной кашей, в которую был добавлен мед и, возможно, немного корицы.
— Тебе не запретили кормить нас?
Кузнец повернул голову и ухмыльнулся.
— Об этом пока никто ничего не говорил. Берите ваши миски. — Он снова посмотрел на варево, помешал его и отодвинул котел на камни, ограждавшие огонь.
— А тебе не надо идти воевать?
— Я не могу воевать. У меня одна нога не сгибается. — Мужчина похлопал правой рукой по бедру. — Падение с лошади. Много лет назад.
Разговаривая, Деметрий медленно подошел к огню. Со стола, представлявшего собой неровную плиту, лежавшую на больших камнях, Деметрий взял меч, к которому кузнец приделывал новую рукоятку. Эфеса, правда, не было, но это не помешало Деметрию. Обоюдоострое лезвие было хорошо заточено.
— А теперь, — сказал он, — большие щипцы. — Левой рукой он схватил кузнеца за плечо, рывком повернул его и приставил острие меча к его горлу.
— Если я закричу, — пробурчал араб, — прибегут остальные и убьют вас.
— Если ты закричишь, то будешь мертв.
Дрожащими руками Рави схватил щипцы, уронил их, снова поднял и опустился на колени перед Деметрием. Кузнец закрыл глаза, прислушиваясь к царапанью инструмента по металлу. Рави пришлось сделать несколько попыток, прежде чем он смог перекусить первое кольцо.
— Вы же меня все равно убьете. — В голосе кузнеца звучал вопрос. — Почему же мне не закричать?
— Молчи. Тогда мы оставим тебя в живых.
— Испортили такой хороший металл. — Кузнец открыл глаза и скривился, будто от боли, глядя, как Рави орудует щипцами.
— Почему вы хотите оставить мне жизнь? — удивленно спросил мужчина.
— Я торговец, а не убийца, — сказал Деметрий. — Мне нужно освободиться от оков, чтобы бежать отсюда. Если я встречу Бельхадада, я его убью. А ты мне ничего не сделал, поэтому… — Он замолчал.
— Удивительно. — Кузнец закатил глаза. — Если бы по этой причине не убивали, то на земле было бы гораздо больше людей.
— Помолчи. — Деметрий слегка придвинул меч. Тонкая струйка крови потекла по шее мужчины.
На второе кольцо Рави понадобилось вдвое меньше времени, чем на первое. Освободив Деметрия, он сел на землю и принялся за свою цепь.
Снаружи было тихо. «Нереально, — снова подумал Деметрий, — как и все остальное. Мои вопросы, отсутствие ответов, долина — все нереально. Неправильно. Что мы сейчас делаем?»
Неожиданно Деметрий рассмеялся.
— Я знаю, — твердо заявил он.
— Что ты знаешь? — Рави наконец разорвал и разогнул свои кольца. — О чем ты говоришь?
— Я думал вслух. — Деметрий осмотрел помещение. — Вон там лежат кожаные шнуры. Сейчас мы его свяжем и заткнем рот кляпом.
Руки Рави успокоились. Не торопясь, без дрожи он связал руки кузнеца за спиной, засунул ему в рот почти чистую тряпку и завязал платком глаза.
— Ложись. — Деметрий подтолкнул кузнеца и взял шнуры.
