— А известно ли тебе, что благодаря «чужакам» наша семья разрослась настолько, что негласно мы повсюду, при этом не афишируем и не выставляем себя на всеобщее обозрение? Благодаря «чужакам» многие даже не подозревают, что некоторые члены нашей семьи являются политическими деятелями и занимают видные государственные должности. Мы везде: в юридических фирмах, в СМИ, в правительственных структурах. Благодаря тому, что в нашу семью вхожи «чужие» люди с разными интересами, мы можем расширять свои взгляды и горизонты! Создавая равные возможности для разных слоёв общества, мы развиваемся сами! — С каждым словом заводился всё сильнее, уже окончательно теряя самообладание. Смотреть на то, как Лена корчится от боли, но не издаёт ни звука, стараясь оставаться храброй, было невыносимо. Продолжая говорить, бросил короткий взгляд сначала на Илира, затем перевёл на Диму и на стоявшего ближе остальных охранника, подавая тем самым сигнал к действию. Оставалось надеяться, что они поняли его, иначе… — Как бы там ни было, все члены семьи соблюдают общие интересы, трудятся на благо семьи и вместе повышают результативность семейного финансового благополучия! И я ни в коем случае не допущу, чтобы такой паразит, как ты, паразитировал в нашем здоровом обществе, и тем более в моей семье!
— Да как ты смеешь, гадёныш?! — взревел Иосиф, потеряв буквально на мгновение концентрацию.
И как только его хват ослаб, Лена сразу же воспользовалась этим. Всё произошло мгновенно! Стоило ей немного сместиться в сторону, как прозвучали выстрелы.
Кто в кого стрелял, было не разобрать.
Как только прозвучал первый выстрел, Алэн бросился к Лене. Она в это время изо всех сил пыталась удержать руку Робинсона с пистолетом, мешая ему прицелиться в кого-либо. Он легко оттолкнул её и направил на неё пистолет, но в момент выстрела Алэн уже стоял перед ним.
От сильного тупого удара в плечо чуть пошатнулся, но тут же с новым рвением бросился на Робинсона. Пару быстрых, резких ударов в лицо и одного завершающего удара под дых оказалось достаточно, чтобы тот согнулся пополам и выронил пистолет. Не задумываясь, поднял и выстрелил в него столько раз, пока не закончились патроны. Только когда послышались пустые щелчки, опустил руку. Лежавший у ног человек уже не шевелился. Его мертвый взгляд был направлен в сторону, а из многочисленных ран сочилась кровь, образуя под ним лужу. Бросил пистолет и повернулся к Лене.
Она стояла совсем рядом и смотрела на него своими большими зелёными глазами.
— Арестуешь меня? — спросил с лёгкой улыбкой, с любовью погладив по волосам.
— За что? — спросила в ответ тихо, порывисто обняв за талию и прижавшись щекой к груди.
— Я убил человека. И не только сейчас.
Она промолчала, продолжая сжимать его в своих объятиях. Как же было приятно! Провел ладонью по её спине, наслаждаясь моментом, и почувствовал что-то влажное в области поясница. Посмотрел на свою ладонь и вздрогнул.
— У тебя кровь! — мгновенно отстранил её от себя и повернул к себе спиной, чтобы осмотреть. — Ты ранена? Что он сделал тебе?
— Пустяки, — отмахнулась небрежно и снова повернулась к нему. — А вот у тебя рана серьёзная, нужно срочно ехать в больницу!
— Какая рана? Где? — И только сейчас почувствовал обжигающую боль в месте сильного удара. Схватился за плечо, не сдержав вскрика: — Вот чёрт!
Тут с разных сторон в зал ворвались люди в форме и люди в чёрных одеяниях вперемешку, но все с оружием наготове. Послышался крик:
— Полиция! Никому не двигаться! Руки за голову! — И ко всем находившимся в зале, подбежали офицеры, стремясь надеть наручники.
К нему тоже осторожно подошёл один из ворвавшихся полицейских, и намерения у него явно были не добрыми, но Лена встала между ними, строго проговорив:
— Его ранили! Ему срочно нужно в больницу!
Офицер глянул на раненое плечо и кивнул:
— Скорая уже здесь, идите.
Она взяла его за руку и повела к выходу.
— Подожди! — вдруг вспомнил про остальных и остановился, обеспокоенно осматривая зал. Когда увидел, как на Гарри, Роберта, Илира, Макса и на его телохранителей надевают наручники, громогласно выкрикнул: — Немедленно отпустите их!
— Ты кто такой, чтобы приказывать моим людям? — раздался не менее грозный крик.
Сердито обернулся и посмотрел на говорившего. Это был взрослый мужчина крепкого телосложения и военной выдержки. Они молча сверлили друг друга тяжелым цепким взглядом, пока их не прервал Дима:
— Алексей Сергеевич, можно поговорить с вами наедине?
— О чём? — неохотно перевёл он взгляд на Диму, всем своим видом демонстрируя недовольство.
— О том, что эти люди помогли нам арестовать виновных в покушении на убийство Громыкина Марка Владиславовича, — спокойно ответил Дима, как будто не замечая поджатых губ Алексея Сергеевича. — Прошу отпустить их и, если будет необходимость, я лично вызову каждого на допрос. Задерживать их нет смысла, они ни в чём не виноваты.
— Не виноваты? — повысил голос Алексей Сергеевич. — А те четыре трупа тогда чьих рук дело? — кивнул в сторону зала. — А дыры в стенах царского грота как объяснить репортёрам? Ты понимаешь, что сейчас начнётся?
