Оставил свою Ауди А6 возле одноэтажного небольшого дома и вышел. У двери его уже встречал среднего роста мужчина в очках и двухнедельной щетиной на строгом и недовольном лице. Да и плевать! Перед ними стоит серьёзная задача, и радоваться тут нечему. А такое выражение лица приятеля уже с порога оповещало о том, что их дело по-прежнему не сдвинулось с места.
— Ладно, можешь не говорить, — проворчал и вошёл в дом.
— Я же по телефону тебе сказал, что ничего нового. Зачем приехал? — Приятель не забыл подозрительно осмотреть улицу, и только после этого закрыл дверь.
— Меня не было две недели. Хотел убедиться, что с ней всё в порядке.
— В порядке? — сердито воскликнул хозяин, но тут же обеспокоенно оглянулся в сторону коридора. — Ты издеваешься? — спросил почти шепотом, убедившись, что их никто не услышал.
Устало протёр лоб и присел за стол без приглашения:
— Колян, давай без твоих истерик, ладно? И без тебя тошно. Я иногда начинаю сомневаться, действительно ли верно поступил, обратившись к тебе за помощью. Налей-ка мне лучше чайку.
— А я тебе сразу сказал, что зря ты её привёз ко мне, — ответил он строго и пошёл ставить чайник. — Ей нормальный врач нужен, психотерапевт.
— А ты тогда кто?
— Не, ты реально издеваешься, — покачал головой приятель. — Я психолог! И это большая разница!
— Да никакой, — махнул рукой. — Кроме тебя и Болта, я никому не верю. Ты это знаешь, поэтому кончай ныть. У тебя вообще ничего?
Тот с сожалением и большой горечью покачал головой, разливая чай, и присел напротив:
— Продвижение есть, но небольшое. По-прежнему молчит, за две недели ни единого слова. Последние дни позволяет заносить еду в комнату и даже соглашается вместе покушать, но выходить из комнаты отказывается. Уже спокойнее относится, когда я нахожусь с ней подолгу. Можем весь день провести вместе. Очень любит рисовать, и пока она рисует, я читаю. Ей это нравится и, как мне кажется, успокаивает. Кстати, на днях я случайно увидел её рисунки. Зашел в комнату, а она была в ванной в этой время. На кровати лежали портреты каких-то людей. Некоторые из них мужчины, а некоторые непонятно, все расплывчато и размазано. Она потрясающе рисует! Ты бы видел! Но когда увидела меня с этими портретами в руках, у неё случился приступ. Выхватила их и разорвала на мелкие клочки, потом в жутком страхе забилась в угол и полдня оттуда не выходила, лежала, свернувшись в клубочек, и тихо плакала. А я читал, пока она не уснула. Теперь даже не пытаюсь заглядывать, что она там рисует, чтоб не спровоцировать новый приступ. — Помолчал немного, что-то обдумывая, и продолжил: — Ей нужна женщина психотерапевт, а не мужчина психиатр, пойми наконец. После пережитого, она боится мужчин, боится меня. С женщиной вела бы себя по-другому. А так, со мной, это только мучения. — Затем посмотрел на Алексея, с ненавистью сжав кулаки. — Это ж какими мразями нужно быть, чтоб такую девушку обидеть?! Найди их, слышишь?!
— А я, по-твоему, что делаю? — гневно стиснул зубы. — Почти не сплю, все видео с камер по сто раз просмотрел, ничего! Эти ублюдки всё четко спланировали и отключили все ближайшие веб-камеры на десять минут! И на камерах пусто! Будто ничего и не произошло!
— А со второй что?
— Слава Богу, пока всё норм. Сначала жиру бесилась, месть задумала, но сейчас вроде успокоилась. Парень мой надёжный, присмотрит за ней.
— Да, — снова задумчиво протянул приятель. — Жаль, твой пасечник не такой надёжный оказался.
— Вот только не напоминай мне об этом уроде! Нужно было сразу избавиться от него!
— А мог бы? Приказ свыше, забыл?
— Да нахуй их! Нужно было выпытать у этого долбоёба, кто у него «язык», и вышвырнуть! Пусть дальше бы в своём пиписькином отделе сидел! Чтоб его!
— Брось, — недовольно фыркнул приятель. — Никто своих языков не выдаёт. И тебе не позволили бы его пытать.
— Ты его просто не видел, иначе сам бы захотел грохнуть, — махнул гневно. — Полное дерьмо! Глаза льстивые, морда противная, весь прям так и стелется перед тобой… Бля, откуда у такого вообще мог «язык» появиться?! Да ещё и такой серьёзный, что целую схему ему выдал, точку в Вологде сдал этому амёбе! В голове не укладывается!
— Благодаря ему, вы успели спасти её, — кивнул в сторону коридора.
— Ты что, совсем с дубу рухнул?! — вспыхнул негодующе. — Да он мне обеих девчонок чуть не угробил! Ему доверили плёвое дело — пасти, а он и тут умудрился обделаться! Его ж мать! Он просто спал на посту! Проснулся, когда в рацию сообщили, что какие-то странные звуки раздаются через прослушку, отправили, чтоб проверил! Пока эту девочку тащили в машину, он, сука, растерялся, стоял и смотрел, а постам сообщил, когда от их машины и след простыл! Зато, блядь, нашёл первый. Видите-ли, кто-то из своих помог по наводке опознать машину и прям чётко установили точку! И главное, ничего не объясняет! Откуда информация — не говорит! Чуешь, мутку?! Что-то с этим пасечником не то, ох не то, — качал головой, попивая чай.
— Проверил его?
