— Это тупая деревенщина, сэр! — выкрикнул со своего места Крэйвен, и класс снова взорвался шутками и смехом.
— Хватит, Крэйвен. — Помолчав, учитель обратился к Тревору: — Хорошо, садись.
Когда мальчик садился, его рубашка распахнулась, и Хэкет вздрогнул при виде розовых и красных рубцов на коже. Некоторые были багровыми, поверх заживающих шрамов виднелись свежие порезы, ссадины и синяки.
— Что с тобой случилось? — спросил Хэкет, шокированный видом мальчика.
— Ничего, сэр, — ответил Тревор, пытаясь застегнуть рубашку, но Хэкет не дал ему этого сделать и принялся изучать свежий ожог на его груди.
— Кто это сделал?
Наступила мертвая тишина, все взгляды сфокусировались на учителе и Треворе.
— Тревор, скажи мне, кто это сделал с тобой? — спокойно проговорил Хэкет.
Краем глаза учитель уловил легкое движение и успел заметить, как Крэйвен швырнул в Тревора большую резинку. Ластик попал в лицо Тревора, но тот даже не отреагировал, а просто сел на место.
Хэкет пристально поглядел на Крэйвена.
— Ты чем это занимаешься, Крэйвен? — рявкнул он, разозленный вызывающим видом ученика. — Тебе что-нибудь известно о ранах Тревора?
— Откуда мне о них знать, сэр? Скорее всего, он сам их себе нанес, он так туп, что не помнит даже, где и когда.
Тревор медленно застегивал свою рубашку.
Хэкет по очереди посмотрел на обоих мальчиков и заметил самодовольную ухмылку на лице Крэйвена. Он перехватил пристальный взгляд мальчика, чувствуя себя несколько неуютно от того, что ученик и не подумал отвести глаза.
— Не очень хорошее у нас с тобой получилось знакомство, не правда ли, Крэйвен?
— В следующий раз я постараюсь понравиться вам больше, — пообещал мальчик.
Хэкет медленно кивнул и снова взглянул на Тревора.
— С тобой все в порядке? Может, ты хочешь сходить к медсестре, чтобы она посмотрела твои раны?
Тревор отрицательно покачал головой, отбросив несколько упавших на лицо прядей.
Хэкет еще раз оглядел класс, взял мел и принялся писать на доске.
Звонок прозвучал сигналом для массового бегства. Хэкет отпустил учеников, наблюдая, как они несутся мимо него. На этот раз Крэйвен избегал встретиться с учителем глазами и прошмыгнул мимо, не задерживаясь.
Последним уходил Тревор, вытирая нос тыльной стороной ладони.
— Тревор, погоди минутку, — позвал его Хэкет.
Мальчик остановился, но не обернулся.
— Послушай меня, — спокойно начал учитель, — эти отметины на твоем теле... Если ты хочешь мне сказать, кто это сделал, если хочешь поговорить со мной, то ты знаешь, где меня найти. Ты понял?
Тревор кивнул и втянул в себя очередную порцию соплей. Потом продолжил свой путь к двери и закрыл ее за собой.
Хэкет глубоко вздохнул и стряхнул с рук мел.
Когда он поднял глаза, то увидел лицо Крэйвена, который пялился на него через окно.
Мальчик улыбался.
Гравий захрустел под колесами «метро», когда Сью остановила машину. Она выключила мотор и посмотрела на дом, возвышавшийся перед ней наподобие увитого плющом великана. Здание выглядит куда более солидно, чем обычные приемные покои врача, подумала Сью, выбираясь из машины. Окна в свинцовых переплетах и подвесные кашпо, украшавшие парадную дубовую дверь, придавали дому скорее вид загородной виллы, нежели заведения, где лечат людей. Интересно, во сколько оценивается это имение, расположенное на собственной земле площадью в пол-акра? От главной дороги на Хинкстон его отделяют только обширные газоны и безупречная живая изгородь. Частная практика определенно имеет свои преимущества... Она толкнула массивную дубовую дверь, и та легко отворилась. Сью ступила за порог и оказалась в прихожей. Слева от нее располагалась темная деревянная дверь, справа — белая, с надписью: «Приемная врача». Сью вошла.
В приемной никого не было, кроме секретаря, которая тепло улыбнулась ей, что приятно удивило Сью, привыкшую к механическим маскам-улыбкам, которые неизменно надевают на свои лица женщины-медики.
Они обменялись приветствиями; Сью назвала себя, и секретарь сообщила, что доктор Кёртис сможет принять ее через пару минут. С ее помощью она сперва заполнит формуляр, чтобы зарегистрировать ее как пациентку.
Дверь за спиной секретаря отворилась, и на пороге появился Кёртис.
Он улыбнулся Сью и наклоном головы пригласил войти.
Вернувшись в кабинет, Кёртис сел за стол, и Сью устроилась напротив. Она сняла жакет и повесила его на спинку стула.
Кёртис опять улыбнулся Сью, и снова она отметила силу и тепло, исходившие от этого человека. Она старалась смотреть на него не очень пристально, чтобы не выдать своего интереса к нему. Как и в ночь их знакомства, ее поразила моложавость его лица. Он ободряюще улыбался. В его сложенных на коленях руках с тонкими длинными пальцами чувствовалась сила, уверенность, тыльную сторону кистей покрывали темные негустые волосы. Она подумала, что в таких руках кроется нечто большее, чем просто сила целителя.
Сью вдруг почувствовала какое-то странное головокружение, будто присутствие Кёртиса действовало на нее, как своеобразный наркотик. Возбуждающий половое влечение?..
