— Затем я пошел к своей машине, а когда проходил мимо его багажника, уловил запах. Мерзкий запах, ну как пахнет труп или что-то разлагающееся. Поэтому я снова попросил согласия у водителя, но он ответил отказом и заявил, что ему нужно ехать. Тогда я ему сказал, что он вообще никуда не поедет. Я вызвал подразделение «К-9». Приехала группа Бочампа из отдела Майами-Бич, с собакой по кличке Силач. Пес просто взбесился у багажника, поэтому мы его и открыли. Все остальное уже известно. Внутри лежал труп девушки со вскрытой грудной клеткой, и я понял, что мы взяли Купидона. Я сказал этому Бантлингу, чтобы вылезал из машины, и мы просто ждали на шоссе минут шесть, пока не подъехали все остальные.
Си-Джей снова перечитала протокол задержания, затем вспомнила, что ей говорил Мэнни, когда позвонил во вторник вечером с просьбой оформить ордера, и поняла, что придется решать совсем не маленькую проблему.
— Еще раз повторите, где вы находились, когда впервые заметили машину Бантлинга, полицейский Чавес.
— На углу Вашингтона и Шестой.
— Ваш автомобиль стоял на Вашингтон-авеню или на Шестой улице?
— На Шестой. Я стоял на Шестой, когда увидел, как он проносится мимо.
— Но на Шестой одностороннее движение, полицейский Чавес. Движение в восточном направлении. Если вы смотрели на Вашингтон-авеню, то вы должны были смотреть на запад.
Чавес всеми силами старался не показать, что он смущен.
— Да, я стоял на углу Шестой и смотрел в другую сторону, когда увидел эту машину. Я все время так делаю. Отличный способ ловить нарушителей. Они не ожидают, что ты их заметишь.
— А когда бы увидели, что «ягуар» направляется к шоссе Макартура, вы поехали прямо за ним?
— Да.
— И ни разу не потеряли его из виду?
— Нет.
— Теперь мы оба знаем, что вы врете, полицейский Чавес. Почему бы вам не рассказать мне, что случилось на самом деле?
Проблема заключалась в том, что Шестая — не только улица с односторонним движением, но еще и не является сквозной. Даже если бы Чавес смотрел на запад, то есть назад, то небольшие цементные заграждения все равно не позволили бы ему развернуться налево или на юг, на Вашингтон-авеню. Ему пришлось бы поворачивать на север по Вашингтон-авеню, а затем делать поворот на сто восемьдесят градусов через квартал или два от того места, где он стоял. Он никак не мог постоянно держать «ягуар» в поле зрения, и это предположив, что он вообще изначально видел, как тот едет с превышением скорости.
Теперь Чавесу явно стало не по себе. Он покраснел. Си-Джей поймала его на лжи, и он это знал.
— Послушайте. Хорошо. Я стоял на Шестой. Я увидел «ягуар» и поехал по Шестой к Коллинз-стрит. Там я быстро повернул направо и поехал назад по Пятой, прямо к шоссе Макартура. Я потерял его из виду всего на минуту, если вы к этому клоните.
— Подождите. Подождите. Вы поехали по Шестой?
— Да.
— Значит, вы стояли совсем не так, как рассказывали. И смотрели совсем в другую сторону. Вы даже не смотрели на Вашингтон-авеню? — Она не могла поверить в то, что слышала. Си-Джей встала и склонилась над письменным столом, ее трясло от гнева. — Послушайте, или вы помогаете мне, или я лишу вас жетона! Вы находитесь под присягой, и мне нужна правда, это понятно? Или вам придется в самом скором времени разговаривать с дешевым адвокатом, которого назначит суд, пока вы будете прощаться с молодостью в переполненной камере предварительного заключения!
Последовало долгое молчание. Самоуверенность и наглость исчезли, словно сдулся воздушный шарик. Чавес хмурился, глаза потемнели. Теперь он выглядел обеспокоенным.
— Боже праведный, я и предположить не мог, что это будет такое, такое... большое дело! Откуда я мог знать, что этот мужик окажется Купидоном?! — Чавес запустил пальцы в волосы, и Си-Джей почувствовала, что ее дело вот-вот развалится. — Хорошо. Послушайте, я на самом деле стоял на Шестой, но не в машине, которая была припаркована на углу. Я разговаривал с ребятями-туристами. Они повздорили, я их разнимал. И тут мне поступило сообщение по рации. Анонимное сообщение об этом мужике в черной машине — сказали, что он перевозит наркотики. Звонивший сообщил, что мужик едет в черном «Ягуаре XJ8» последней модели и направляется на юг по Вашингтон-авеню. И наркотики у него в багажнике.
— Анонимное сообщение? — Си-Джей была поражена. Она впервые слышала об этом.
