— Есть, товарищ майор! — И Серегин с группой бойцов бросился к месту прорыва наперерез гитлеровцам. Он выхватывает противотанковую гранату и бросает под бронетранспортер. Бойцы в упор расстреливают фашистов, но в это мгновение падает сраженный вражеской пулей Серегин. Его тело Бейсамбаев относит к лесу. Бойцы с удвоенной яростью бросаются на врага. Гитлеровцы обратились в бегство.
Подходит Николай Сергеевич.
— Иван Петрович, подходы к станции заминировали.
— Хорошо, Николай Сергеевич!
К лесу начали подносить раненых. Зина делала им перевязки и укладывала на сани. Принесли раненого Хвата.
Млынский появился у здания горящей станции. Подошли Алиев со своими солдатами, Лукьянов, Николай Сергеевич с группой партизан.
Все взволнованы боем. У многих лица черны от гари.
Станция догорает. Все, что могло быть разрушено, — разрушено. Горели опрокинутые вагоны и цистерны, торчали рельсы взорванных путей.
Млынский посмотрел на часы.
— Отходим! Ракеты! — отдал он короткий приказ.
Высоко над рекой — новый красавец мост. Его легкие, ажурные фермы высвечиваются в свете падающих сигнальных ракет. Бесшумно сняв часовых, к мосту устремились бойцы отряда и партизаны. Они быстро закладывают под конструкции моста ящики с толом. Поджигают бикфордов шнур и отбегают. Один за другим раздаются сильные взрывы. Мост разваливается, его фермы падают в воду, поднимая огромные столбы брызг.
В выдолбленном в земле укрытии расположился командный пункт штаба фон Хорна.
У стереотрубы — фон Хорн, рядом — полковник Кем-пе. Чуть поодаль — генерал авиации, у стола с телефонами — штандартенфюрер Вольф.
Впереди — большое заснеженное поле, упирающееся в далекий густой лес. Там, в конце поля, у самого леса, — линия обороны советских войск. Окопов не видно. Все запорошено снегом.
Заговорили немецкие батареи… В лесу видны вспышки взрывов… Началась артиллерийская дуэль.
Фон Хорн обернулся к генералу авиации.
— Авиация готова, генерал?
— Низкая облачность, господин командующий. Прицельное бомбометание обеспечить трудно…
— Предупредите своих асов: не будут видеть земли — не бомбить! А то разбомбят мои танки…
— Господин генерал-полковник, — докладывает Кемпе, — дивизия СС «Рейх» вышла на исходные!
— Отлично, полковник.
На КП быстро входит офицер. Переводит дыхание, докладывает:
— Господин генерал-полковник! Генерала Бергера с правого фланга обходят русские танки с пехотой!
— Вы не ошиблись? — спрашивает фон Хорн.
— Нет, господин генерал-полковник! — отвечает офицер. — Я был обстрелян!
Фон Хорн, Кемпе, Вольф и генерал авиации склоняются над картой.
— Где вы наткнулись на них?
Офицер показывает на карте.
— Они ударили по правому флангу.
Фон Хорн, проведя рукой по карте, взглянул на Кемпе, задумался…
— Но это же самоубийство. Они сами лезут в котел… Надо пропустить их и отсечь! — И повернулся к офицеру-связисту. — Соедините меня с Бергером.
Связист докладывает, что Бергер у телефона.
Фон Хорн берет трубку.
— Бергер, что там у вас? — Слушает, повторяет: — Смяли ваш правый фланг? Какими силами?.. Две танковые бригады? Вы не ошиблись?.. Пропустите их и замкните фронт… Я переброшу к вам из резерва 18-ю танковую дивизию… Спокойней, Бергер! — Смотрит на часы. — Через час я начинаю наступление!.. — Кладет трубку. — Кемпе, распорядитесь о переброске 18-й танковой к генералу Бергеру! — приказывает фон Хорн, возвращаясь к стереотрубе.
Кемпе мрачно посмотрел на фон Хорна, стоящего в глубине блиндажа.
— Господин генерал-полковник… — робко сказал Кемпе.
— Выполняйте приказ! — не отрываясь от стереотрубы, бросил фон Хорн.
— Мы не можем перебросить 18-ю танковую дивизию…
— Что?! — резко повернулся фон Хорн. — Что вы сказали?
— Только что сообщили, что отряд Млынского уничтожил узловую станцию и взорвал мост на шоссейной дороге, — произнес Кемпе и, опустив глаза, добавил: — А других дорог нет…
Общее молчание. Фон Хорн обвел взглядом офицеров. Остановился на Вольфе.
— Млынский… Млынский!.. — как бы про себя повторил фон Хорн и снова: — Млынский… майор… помню… — И после паузы, не отрывая взгляда от Вольфа, еле сдерживаясь, сказал: — Это будет стоить вам головы, штандартенфюрер Вольф… А вас, генерал, — обратился он к стоящему рядом генералу авиации, — я отдам под суд! — Последние слова он уже выкрикнул.
Фон Хорн подошел к карте, некоторое время что-то прикидывал… Помолчал, потом, ни на кого не глядя, тихо сказал:
— Русские устраивают нам котел… Армия Ермолаева перешла в наступление… Не они, а мы попадаем в окружение… — И после паузы: — Кемпе, срочно переходите к обороне! — Немного подумав, добавил: — Разверните вторую дивизию фронтом на север. Выдвиньте из моего резерва артбригаду. — Еще помолчал. — Пустите в наступление танковую дивизию СС «Рейх»… Она хоть немного задержит удар русских. Сворачивайте КП. Переезжаем в штаб армии. Если не успеем развернуться, они выйдут на наши тылы…
На окраине леса, на крутом берегу реки, выстроился отряд Млынского. Развернуто знамя полка.
