— Когда разгромили варваров, их балогун с несколькими своими воинами попытался убежать. За ним погнались несколько наших дружинников. Среди них был Шрам и дядька Ефим…
— Ну? Ладно-ладно, продолжай.
— Наш господин ведь здоровый, как лось, а тогда еще и молодой был. В погоне он сильно оторвался от остальных наших воинов, догнал убегающих тилинкитов и, не дожидаясь подмоги, напал на них.
— …
— Дядька сказал, что когда они прибежали на место схватки, Шрам уже всех перебил, сидел рядом с изрубленным телом балогуна и…
— Чё «и»? Чё?
— Жрал его!
— Врёшь! Не может этого быть!
— Дядька Ефим никогда не врёт, любой, кто его знает, тебе это подтвердит. Так вот, он сказал, что близко стоял и прекрасно всё видел. Говорит, Шрам весь в кровище был, с ног до головы. Сидит и жуёт… А потом сморщился, вроде как не вкусно, и кусок человечины на землю выплюнул.
— Спасите меня, Предки!
— Я тебе что и говорю. Он один раз, когда из похода в Рению домой возвращались, даже камауэто, напавшего на его охранников, смог прогнать.
— Это я слышал…
— Слышал он… Прикинь, сидит себе Шрам на берегу, рыбку ловит. Знаешь же, что господин иногда любит порыбачить?
— Угу…
— Так вот, сидит себе рыбачит, никого не трогает, и тут из реки камауэто как выскочит! И, главное, на господина даже не подумал нападать, а напал на дружинников, которые дальше от реки стояли. Почему?
— …
— А Шрам тогда спокойно удочку отложил, встал и просто прогнал змея обратно в реку. Это такую змеюку, которую целым отрядом не завалишь!
— …
— Вот и подумай, кто в состоянии морского змея прогнать и миунов приручить. Наш господин не простой человек, он хищник, истинный хищник! Никак, Предки его благословили. Вспомни, как он после любого ранения выздоравливает? Да хоть это вот отравление?
— Да, уж…
— А как он сражается? Не удивительно, когда от него враги начинают убегать. Тут сам боишься портки намочить.
— Есть такое, гы-гы…
— Пха-ха-ха…
Вот, слушаю эти бредни и не знаю, ругать их или смеяться. Но ругать и пытаться переубедить их бесполезно, пробовал уже. Согласятся со мной, конечно. Затем посмотрят друг на друга, этак понимающе, и снова всё переиначат. Поставят с ног на голову.
— Милорд!!!
Я обернулся на голос. Наплевав на правила этикета, со стороны дворца ко мне со всех ног нёсся Лео Горан, мой второй оруженосец. Сердце вдруг тревожно сжалось. Что могло случиться?
— Ваша милость, госпожа баронесса очнулась!
Я мгновенно вскочил с земли и, забыв обо всём, бросился ко входу во дворец. Тут же за спиной затопали догоняющие меня гвардейцы и послышались тяжёлые прыжки Шкоды.
Не замечая ничего вокруг и пугая окружающих, стрелой пронёсся по лестницам и этажам дворца. Вот и покои жены. В коридоре, рядом с охраняемым гвардейцами входом в её комнаты, стояла целая толпа придворных.
— В сторону! — рявкнул я и мне тут же вторил устрашающий рык миуна.
От дверей мгновенно отпрянули, освободив мне дорогу. Гвардейцы еле успели открыть створки двери, как я ворвался в спальню Бранки. Рядом с кроватью жены сидела дежурная лекарка, а моя любимая действительно была в сознании и о чём-то расспрашивала свою сиделку.
— Солнышко моё! — я упал на колени перед кроватью, а лекарка испуганно вскочила со стула.
— Ты очнулась! Как ты себя чувствуешь⁈ — хотелось изо всех сил обнять жену, но, глядя на слабое, истощенное болезнью тело, я просто побоялся это сделать.
— Сержио, родной мой… всё хорошо, — тихо ответила Бранка и меня буквально захлестнула волна безудержной радости.
— Любимая… ягодка моя… — я покрыл поцелуями лицо и руки своей девочки. — Ты так меня напугала…
Мявкнул Шкода, просовывая свою наглую морду между мной и Бранкой. Не успел я его отругать, как миун лизнул жену в щёку, вызвав её смех. Как теперь ругать этого лизуна? Хитрая шерстяная жопа!
Я повернулся к стоящей рядом дежурной лекарке:
— Немедленно вызвать Лазара!
— Уже вызвали, господин, — низко поклонилась сиделка, а я протяжно выдохнул.
В груди потихоньку начала разжиматься так долго сковывающая сердце пружина…
Глава 7. Аристи. Цветань, 559 круг Н. Э.
С трудом заставил себя покинуть спальню супруги. Хотелось остаться в её покоях, крепко обнять и не выпускать из объятий, но необходимо раздать ряд срочных указаний. Преступные действия короля оставлять без ответа я не желаю.
Пока сидел в ожидании прибытия Лазара, Бранку успели посетить и дети, и, конечно же, внуки, которых до этого к бабушке не пускали. Не хотелось их пугать, уж слишком они ещё маленькие.
Зато, когда запустили! Это было какое-то упоение и восторг! Видеть столько искренней радости в отношении мамы и бабушки, это… Я еле слезу умиления сдержал, а вот Бранка не удержала, расплакалась.
Ничего, это были слёзы радости. Именно с этого момента из покоев жены ушла безнадёга. Рядом с любимой стало как-то светлее, что ли? Я же оставил Бранку на спешно прибывшего по вызову Лазара и ушёл работать.
Никогда не забуду Лазару, что он спас мою девочку. Своими самоотверженными стараниями и профессиональным умением смог побороть отравление. На днях устрою ему награждение во дворце.
