Я случайно зашла не в тот кабинет и застала его целующимся с… Лизи. Тогда быстро ретировалась, думая, что у меня начались галлюцинации, но вчера за обедом в столовой поняла, что нет, так как эти двое мило беседовали. Не спорили, не ругались, как делали это ранее, а спокойно разговаривали.
Девушка всё ещё напрягает меня, но это моё личное мнение. Как показывает практика, то у меня никогда не было подруг, поэтому… Если Маршалл счастлив с ней, то хорошо.
– Я сейчас, – быстро проговаривает Тоби и бежит к Маршаллу, чтобы начать с ним о чем-то разговаривать.
– Он уже взрослый, – раздается голос Ашера, и я смотрю на него, останавливаясь и отвлекаясь от брата. – Ты же понимаешь это?
– Ему пятнадцать, Ашер.
– Вот именно. В нынешнем мире дети быстро взрослеют, особенно те, кто был ликторами.
– Не понимаю, к чему ты это говоришь, – хмурюсь.
– Скоро поймешь, мышка.
Возвращаюсь взглядом к брату и вижу, как он обнимается с Маршаллом, и в груди появляется плохое предчувствие.
Смотрю за тем, как Тоби вскоре возвращается к нам, и мы выходим из здания, рядом с которым припаркована машина. И её здесь не было, когда мы заходили.
Спускаемся по ступенькам, когда брат говорит:
– Эйви, я уезжаю.
Сбиваюсь с шага и резко смотрю на него, чтобы после перевести взгляд на Ашера.
– Ты знал.
– Я рассказал ему полторы недели назад, – сообщает Тоби, – попросил найти мне транспорт и всё необходимое. Я отправлюсь на поиски Аманды и привезу её сюда, сестра.
– Ты даже водить не умеешь, Тоби.
– Умею. Всех ликторов обучают этому.
– Я поеду с тобой.
– Нет.
– Да.
– Нет, Эйви.
Мы упираемся друг в друга взглядами, и я вижу всю ту решимость в глазах своего брата.
Я не могу его отпустить… Не тогда, когда только совсем недавно мы с ним вновь воссоединились. Я не могу его снова потерять.
Он понимает это, знает, о чем я думаю.
– Обещаю, что вернусь, Эйви.
Всё внутри напрягается, и я чувствую, как сердце останавливается, так сложно мне принять решение.
Если бы раньше я просто взяла его за руку и увела, то сейчас такой способ не сработает.
Именно в этот момент я окончательно и понимаю, как повзрослел Тоби за прошедшее время. Как из мальчишки он превратился в человека, который знает чего хочет.
Понимаю, что должна отпустить его, но всё внутри противится этому.
Тяжело сглатываю, ощущая ком в горле.
Киваю.
– Хорошо, – шепчу я, отводя взгляд. Не могу смотреть в его глаза, полные решимости и… надежды? Он действительно верит, что найдет ее.
Тоби делает шаг вперед и обнимает меня. Крепко, как никогда раньше. В его объятиях я чувствую тепло, но и ту самую решимость, которая от него исходит.
– Люблю тебя, сестра.
– И я тебя, Тоби, – шепчу ему на ухо, когда мы продолжаем обниматься.
После того, как отстраняемся друг от друга, то вижу в его глазах отражение собственной тревоги и как Тоби смотрит на Ашера, которому выдает кивок, и… спускается по ступенькам, чтобы дальше подойти к машине и сесть в неё.
Я заставляю себя не плакать, понимая, что рано или поздно это бы произошло.
Когда-то мой брат должен был повзрослеть, но я не ожидала, что это произойдет так быстро, что у нас с ним отберут то время, за которое всё и изменилось.
Тоби заводит машину и кидает последний взгляд на меня прежде, чем уехать.
Чувствую, как рука Ашера сжимает мои пальцы, а я продолжаю смотреть на брата, на то, как он посылает мне улыбку, стараясь передать всю свою любовь и благодарность одним этим жестом, и… уезжает.
Автомобиль уже вскоре скрывается из вида, но я так и стою на одном месте, смотря на то, где он был совсем недавно.
– Он хотел тебе сообщить ещё раньше, но я сказал, что не стоит. Ты бы его отговаривала.
– Знаешь, как мне хочется тебя сейчас ударить? – поворачиваюсь к нему и задаю этот вопрос, замечая кривую ухмылку.
– Догадываюсь.
Я злюсь, хоть и понимаю, что в словах Ашера есть правда. Удивительно, что Тоби пришел к нему, а не ко мне.
– Ему нужно было это сделать, – спокойно произносит Ашер. – Он найдет ее. И вернется.
– Знаю.
Ашер притягивает к себе, и я прижимаюсь к нему, вдыхая уже не такой холодный весенний воздух.
Ветер треплет мои волосы, и я делаю глубокий вдох.
Я верю в своего брата, верю в его решимость и в то, что он обязательно вернется. И я буду ждать. Всегда.
Прошло два года с тех пор, как всё получилось с вакциной.
Теперь она доставляется в каждый квадрант, и это пока только начало.
Жизнь людей меняется, перестраивается, чего и следовало ожидать.
Самое масштабное изменение, не считая вакцины, это полное упразднение ликторов. Уже больше года, как детям перестали вливать сыворотку, перестали их использовать для разных экспериментов, наподобие того, что был с Тобиасом Ридом.
С пожирателями разбираются обычные люди, военные, которым хорошо платят за их работу. Уйдут десятки лет, чтобы полностью уничтожить их. Царапины и укусы всё также опасны, поэтому ткань, что использовалась для одежды ликторов, используют теперь в массовом производстве и продают. Каждый желающий может купить одежду, чтобы защитить себя и близких от возможных ранений.
