— Я не позволю тебе одной подпирать небосвод. — Акула помогла мне встать. — Эта планета наша, общая. Можешь на меня рассчитывать, во всём.
— Спасибо, подружка.
Хокори старается, растёт над собой. «Протей» из неё постепенно выветривается, освобождая место для сильных, возвышенных чувств. Уверена, терминал ИИ сыграл в этом не последнюю роль — её словарный запас стал куда богаче.
— Смотри, твой меч…
Побитый временем Мессер преобразился: сколы и пятна ржавчины пропали! Лезвие приобрело тусклый пурпурный оттенок, пульсировало.
— Чего это он? — Рыбина округлила глаза.
— Железка, анализ!
— Данный артефакт принадлежит седьмому офицеру, доступ запрещён.
Ых! Ненавижу запреты! Спорить с профессором бесполезно, он хранит верность присяге пуще зеницы ока. Придётся Селёдке довольствоваться тем, что я сама разнюхаю. Однако стоило мне потянуться к мечу, на макушку что-то капнуло…
Подняв голову, я едва сдержала визг. С потолка, впиваясь длинными, тонкими пальцами в трещины, свисали… тощие люди, состоящие из какой-то вязкой чёрной жижи, с большими белыми глазами и редкими, тонкими зубами. Тварей была сотня, если не больше!
— Что за…
[Сохраняйте самообладание, офицер. Судя по всему, эти существа — побочный продукт какого-то эксперимента, безобидный, пусть и пугающий.]
Дышать. Дышать! Страсти-то какие! Хуже всего — пассивные сенсоры их не засекают! Секунду, секунду, сейчас объясню. Эхолокационная система профессора может работать в двух режимах: пассивно она собирает волны, поступающие извне, активно же — сама посылает сигнал, «опрашивая» местность.
[Получается, эти твари — бездушные и бессердечные, раз твои чуткие сенсоры их не «слышат»?]
[Скорее — ничтожные. Вычленить настолько слабые волны, среди громогласной какофонии пропитанного магией подземелья — та ещё задачка. Не хватает вычислительных мощностей.]
Ц, намекает, что на моей руке ему голодно? Нет, прямо говорит. Тычет хозяйку носом в недостатки и рад, хамская железка.
«Люди из чёрной грязи» продолжали безмолвно пялиться, капая слюной из полуоткрытых ртов.
[Эфия, придумай, как прогнать этих уродов!]
[Нужно ли…]
[Необходимо! Предлагаешь идти под этим «дождём»?!]
На мою просьбу откликнулась Хокори: подняла с пола камешек и запустила одной твари промеж глаз. Существо заверещало, будто калёным железом прижгли, к его ору присоединились остальные. Я чуть не оглохла!
— Я же просил соблюдать тишину! — Дверь напротив распахнулась и в коридор вышел маг, увешанный светящимися склянками. — Моё исследование требует… — заметив нас, мужчина осёкся. — Вы кто такие?!
Колдун потянулся к перстню на указательном пальце, но Селёдка оказалась быстрее — кинулась к нему, рассекая воздух Мессером. Первым ударом она отрубила врагу кисти, а вторым — перерезала горло. Чистая работа. Чем чаще подружка использует силу, тем лучше у неё получается.
Что примечательно: пучеглазы, сидевшие на потолке, почувствовав всплеск красной маны, заткнулись и поспешили «впитаться» в кирпич. Вот, значит, как они перемещаются, слизняки. Удобненько.
Затишье длилось недолго, под сводами цитадели зазвенел ритмичный топот металлических сапог. Моё нутро сжалось в изюмину! Среди коллегии мэтров ходил расплывчатый слушок, якобы подземелья охраняет армия големов, живых доспехов, движимых магией. Поговаривали также, что эти стражи стали прототипом чёрных доспехов Первого Легиона Святой Церкви.
[Противник приближается со всех сторон. Общее количество сигнатур превышает восемьдесят…]
[Я разберусь!] — рыбина взялась за меч.
[Сдурела?! Надеешься осилить центурию[2]?! Должен быть другой выход…]
Время поджимало, я уже видела роящиеся во мраке лазуритовые глазницы, слышала скрежет металла о металл. Смерть неотвратимо приближалась!
[Надо осмотреть труп!] — Ага, сама не верю, что сказала подобное.
Среди вещей покойника ничего полезного не оказалось. Мёртвое мясо, завёрнутое в мантию, на поясе простенький еловый жезл…
— Это проверь. — Акула протянула мне отрубленную ранее кисть.
— Точно, перстни, умничка! Эфия, анализ, живо!
— Артефакт на безымянном пальце передаёт зашифрованное послание, скорее всего имя. Ошибки быть не может.
Трясущимися руками я принялась стягивать сросшееся с плотью кольцо.
— Бросьте, офицер, скопировать сигнал — пара пустяков.
Правильно, да… Уф! Вечно забываю, что приютила на предплечье хитрейшего из демонов. Тяжко вздохнув, вся взмыленная, я, кряхтя, поднялась на ноги.
Безмолвная центурия замерла, живые доспехи стояли, изучая нас пустыми прорезями в шлемах. Из чёрной брони доносился тихий гул, похожий на вой ветра в пустой зале.
Я положила ладонь на чёрный металл и прикрыла веки. Гладкая поверхность, исписанная рунами, жадно «слизнула» ауру с моей кожи.
— Хочешь переманить их на нашу сторону? — спросила Хокори. Я отрицательно покачала головой.
Мои соотечественники много зла совершили, однако одно дело грех обычный, человеческий… Если же они посягнули на святое: запитали големов вырванными душами… Тогда, боюсь, Лампару уже не спасти. Профессор мигом доложит Верховному Совету, и эпоха людей на этой планете кончится.
