Внутри было очень уютно, различная мебель, выполненная из дерева или металла, необычно выкованная, либо с ажурными узорами, украшала многочисленные комнаты. В некоторых залах стояли камины, на стенах были выставлены красивые картины и висели светильники. Казалось, проживающие в таком доме не должны никогда участвовать в страшных сражениях с тьмой на улицах разбитых городов. Отсюда внешний мир ощущался чем-то нереальным, иллюзорным даже, так думал я, пока мы не вышли к собору во внутреннем дворике.
Вся нижняя часть высоких мраморных колонн, на которых держался купол и внутренние этажи собора, все нижние этажи, вся земля вокруг — они все представляли собой застывшую, чёрно-фиолетовую слизь, будто прорастающую изнутри.
— Вот, — прошептала Лера. — Теперь вы видите нашу истинную Обитель, где побывал когда-то Кир, где он стал тем, кем есть сейчас. Тут… им была убита его Карра. Это наше напоминание, с кем мы боремся по сей день. И напоминание, кем мы можем стать. Ну а Бездну вы уже видели. А теперь все дружненько расселяемся, ужин в семь вечера, часы пробьют, считайте.
Мы с Алантой осматривали изуродованное здание, некогда бывшее прекрасным, судя по неповрежденному верхнему этажу.
— Туда можно подняться? — спросил я, указывая на верхний этаж.
— Да, Алан, мы там работаем, потом покажу. Только не задерживайтесь долго на промежуточных этажах!
— Хорошо, Лера.
— Алан, предлагаю вам занять второй этаж со стороны фасада здания, мы стараемся жить в нём, поближе ко входу… и выходу, — подойдя к нам с Алантой сказала Лера.
Расселяться нам с Алантой особо долго не пришлось, все вещи всегда одеты на нас, оружие — внутри нас, лишь свой древний рюкзак я повесил в углу, в просторной светлой прихожей.
Нам досталось пять огромных комнат, различно обставленных — где-то стены украшали тёмно-красные обои с золотым рисунком, где-то они были светлыми, украшенными различными картинами. На полу одной из комнат лежал красивый ковер с удивительной вышивкой, а в другой обои имели светло-голубую окраску, цвета летнего неба, с нарисованным в центре стены блестящим золотистым солнцем, пускающем длинные лучи по всей комнате, и кружевными рассветными облаками у самого потолка, который был белоснежным. Пол покрывали деревянные плитки с нанесённым узорчатым рисунком.
Аланта остановилась на пороге и долго, восхищённо смотрела на обстановку вокруг.
— Я так давно не видела неба и солнца, — прошептала она.
— Останешься здесь? — спросил я её.
— Тебе тут не понравилось? — удивилась Аланта.
— Это самая лучшая комната, какую можно представить. Тебе тут будет очень уютно!
— Мне будет уютно в любом месте… вместе с тобой, — прошептала она. — И я боюсь темноты, не рассказывай только никому.
— Поверь, мне кажется, они боятся её не меньше тебя. Как и я, а теперь — особенно!
Так выбор был сделан и время ужина подходило незаметно.
Я вышел в коридор и спустился в подвал в поисках отхожего места, а проходя мимо винного погреба, услышал в небольшой боковой комнате чей-то приглушённый разговор:
— Говорят, малявку нашли, а прочие наши, кто подостойнее её будут, так и пылятся в Соборах городов или Бездне. А ей повезло, и Возмездие у них самое лучшее, у сестры увела, и носитель достойный ей достался. Ты слышал, Логос, он Мечом Света уже владеет на вторые сутки.
— Я видел.
— А ещё он осуждает ваш недостойный разговор, простите, что случайно подслушал. Доброго вечера, Логос, а с вами, простите, я пока не знаком.
— Хм, — усмехнулся Логос, размахивая стаканом вина. — Вот вы, люди, сильны только благодаря архангелам, Возмездие же вас всегда убивает. А сможешь ли ты без малявки призвать хотя бы меч, не померев в процессе? Про то, чтобы «обратить» его я и речи не веду. Прости, это был конечно же риторический вопрос, твоё бездыханное тело тут нас бы весьма огорчило.
— Элла, — кивнула мне головой женщина. — Логос, отстань от мальца.
— Эллочка, я просто не люблю, когда всякие выскочки… а потом, из-за них, таких как эта его, как там её зовут, неважно. Из-за них погибают другие, — пьяным голосом молвил Логос.
— Её зовут Аланта.
— Вот и иди к ней, а туалет, кстати — вторая дверь справа.
— Логос, ты должен извиниться пред Алантой!
— Да ну? Ну давай, достань Возмездие, попробуй заставить меня. Слабо тебе?
А я вдруг вспомнил слова Аланты — тебе нужно найти свой «Свет в себе».
Мне было конечно немножечко страшно, Аланта сейчас далеко, в нашей комнате, а умирать мне совсем не хотелось. И я очень удивился, ведь совсем ещё недавно я считал, что уже живу в долг.
«Мой Свет», — подумал я, вспоминая Яну и представляя образ Аланты.
— Вы обе были моим Светом! — прошептал я, поднимая правую ладонь. В глубине моего тела тёплый огонь потёк по всем жилам к руке, отзываясь на зов.
В дверь принялись изо всей силы стучать, и я даже не сомневался, кто это — «мой Свет», которая почувствовала пробуждение Возмездия во мне.
— Алан, не смей, не делай этого, Ала-а-ан! — кричала она, долбя в дверь.