Я — простой педагог и серая мышка.Он — известный ловелас, директор рекламного агентства и брат моей лучшей подруги.Наши жизни никогда бы не пересеклись, если бы однажды он не поспорил, что сможет за месяц найти для меня идеального парня.Он настроен выиграть спор.А я… Я хочу только его.
Ровно в четыре часа, как и договаривались, я пришла к подруге. Открыл мне ее муж Антон, открыл и сразу уставился на меня как на партизана, вызвавшегося броситься с гранатой под танк.
— Ты прямо как часы, Ксюша, — Антон украдкой смахнул со лба испарину и нервно сглотнул. — Я боялся, ты передумаешь.
— С чего это вдруг? — я отодвинула мужчину в сторону и протиснулась в квартиру. — Где мои любимые птенчики?
— Подожди! — Антон оббежал меня и преградил путь из прихожей. — Сначала проведем ряд тестов.
— Каких тестов?
Он тотчас же сгреб со столика небольшой фонарик и навис надо мной:
— Открой рот.
— Зачем?
— Так надо!
— Антон, у вас все в порядке?
— Открой рот и высунь язык! — строго приказал муж подруги, и хоть я не понимала, смысл этого действия, все равно подчинилась.
— А-а-а!
— Отлично! — обрадовался Антон, посветив мне в рот фонариком. — Горло не красное.
— А какое же оно? Зеленое?
Чтобы хоть как-то разрядить обстановку, я сделала смешную рожицу, но муж подруги ее проигнорировал. Он с крайне серьезным видом приложил два пальца к моей шее. Я слегка вздрогнула, но отодвинуться побоялась.
— Пульс в норме! — весело констатировал Антон и выудил откуда-то тонометр. — Теперь померяем давление. Садись на пуф и вытяни руку.
Обреченно вздохнув, я села и вытянула даже две руки:
— Может, объяснишь, что все это значит?
— Разговаривать нельзя! — буркнул Антон, натягивая на мою правую руку манжету. — И постарайся расслабиться.
— Ага, расслабишься тут с вами… — пробормотала я и тут же прикусила язык, встретив рассерженный взгляд.
Тонометр тихо загудел, накачивая в манжету воздух.
— Сто десять на семьдесят, — встревожено отметил Антон, когда на дисплее появились заветные циферки. — Низковато.
— Нормально! — заверила я. — У меня давление всегда такое.
— Может, все же выпьешь кофе?
— О! От приличного эспрессо я никогда не откажусь, — мои губы изобразили вежливую улыбку. — Может, все же объяснишь, что все это было?
Но Антон не ответил, убежал на кухню.
В прихожую вплыла Алина — моя лучшая и, чего уж скрывать, самая любимая подруга.
— Привет, Ксю. Отлично выглядишь!
У меня невольно вырвался смешок. Если уж кто и выглядел отлично, то точно не я. К подруге я явилась в растянутой майке и спортивных штанах. Жили мы с Алиной на одной лестничной клетке, а если идти недалеко — зачем наряжаться? Я торопливо поправила кривой пучок на голове и покосилась на подругу.
Алина, как обычно, напоминала девушку с обложки. Короткое синее платье подчеркивало ее умопомрачительные ноги, а высокая прическа открывала не менее умопомрачительную шею. Мне даже на минутку стало стыдно за себя. Вот есть же девушки! Все успевают: и двойню растить, и за собой ухаживать. А я тут до парикмахерской третий месяц дойти не могу.
Подруга неторопливо оглядела себя в зеркале, после чего с кошачьей грацией впорхнула в туфли на десятисантиметровом каблуке, накинула легкий пиджак. Я, как мать-наседка, заботливо отряхнула с ее подола белую нитку. Алина вдруг заметила лежащую у зеркала инструкцию и с удивлением зачитала ее мне:
— Кашу приготовь рисовую, пюре открой яблочное. Но сразу как проснутся, не корми, дай девчонкам нагулять аппетит. Воду наливай в поильник только из чайника. Не забывай присыпку…
— Вот! — Антон явился из кухни с полулитровой кружкой кофе. — Пей.
— Прямо все? — испугалась я.
— Конечно! — для пущей убедительности он сурово пошевелил бровями.
— Ребят, вы сегодня прям какие-то странные, — пробубнила я, но содержимое бокала в себя таки втиснула.
Чудовищные морщины, залегшие на лбу Антона с моим приходом, медленно разгладились.
— Теперь мои дети в надежных руках, — сказал он, забирая у меня кружку. — Теперь я могу быть спокоен.
— Ну кого ты обманываешь? — ухмыльнулась Алина. — Все равно ты будешь названивать Ксюше каждые двадцать минут.
Подруга поправила цепочку на шее, а потом посмотрела на меня:
— Ксю, не принимай его закидоны близко к сердцу. Дело не в тебе. Дело в том, что кое-кто у нас слишком нервный.
В этот момент из детской донеслось кряхтение. Алинка дернулась, чтобы бежать к своим девочкам, но я ее остановила:
— Все в порядке. Я о них позабочусь. Отправляйтесь уже в кино, пока не опоздали.
На лице Антона отразилась мучительная дилемма. Сегодняшний выход в свет он обещал жене еще три недели назад, но с необходимостью доверить своих детей чужим людям так и не примирился.
— Все будет хорошо! — заверила я и быстрей юркнула в детскую, пока кряхтение не переросло в стихийное бедствие.
Сашуля еще спала, а Даша таращилась из кроватки как совенок.
— Привет! — улыбнулась я и взяла девочку на руки. — Как дела?
Малышка доверчиво прижалась ко мне и что-то пролопотала.
— Давай дадим сестренке еще немного поспать, а сами погуляем, — серьезно предложила я, выуживая из кровати крохотного плюшевого зайца.
Неожиданно сзади, прямо как в фильме ужасов, раздался сдавленный шепот:
— Я забыла тебе кое-что сказать!
