Дорогой дневник, видимо, это привычка уже записывать свои мысли в обычную тетрадку. Раньше это объяснялось тем, что я писала для Елены, которая спала сном спящей красавицы, а сейчас она бодрствует и радуется жизни. Необходимости писать свои мысли в книжку, больше нет, но желание продолжать есть, потому что мне нужно с кем – то делиться всем тем, что у меня внутри.
====== Часть 1 ======
«Дорогой дневник, видимо, это уже привычка записывать свои мысли в обычную тетрадку. Раньше это объяснялось тем, что я писала для Елены, которая спала сном спящей красавицы, а сейчас она бодрствует и радуется жизни.
Необходимости писать свои мысли в книжку больше нет, но желание продолжать есть, потому что мне нужно с кем-то делиться всем тем, что у меня внутри.
Прошел год, с момента, как Стефана не стало. Это все так же больно, но мне уже не так грустно. Я любила его и продолжаю любить. У нас со Стефаном была хорошая история и все на что я могу надеяться — это то, что он обрел покой, что он в лучшем мире. Иногда, я, Деймон и Елена берем бутылку бурбона и идем в семейный склеп Сальваторов. Мы разговариваем о том, как прошел наш день, в надежде, что Стефан нас слышит и улыбается.
Помимо грустного, произошло и хорошее.
Бонни путешествует по Европе, сегодня утром я звонила ей, и она обрадовала меня тем, что вернется через два или три месяца. Я мечтаю, чтобы она встретила хорошего человека и провела с ним свою оставшуюся жизнь, ведь потеря Энзо ей далась нелегко, как и всем нам. Но она сильная, возможно, Бонни Беннет — самая сильная из нас.
Елена с моей помощью (точнее помощью вампирского внушения), вернулась к учебе. Они с Деймоном переехали на время ее обучения в Уитмор, но раз в месяц приезжают на три дня обратно в Мистик-Фоллс.
Деймон выкупил право на владение Мистик-Гриллем, и как оказалось, у него большой талант в управлении. Наш родной бар стал одним из лучших, и это при том, что Сальватор управляет им на расстоянии: его даже прорекламировала, какая-то известная блогерша. Помимо этого, Деймон все свои доходы отправляет на ремонт сгоревшего дома Елены. Хотя ремонт это мягко сказано: дом отстраивают заново.
Метт продолжает работать шерифом. А когда все невзгоды в виде вампиров, оборотней, гибридов, ведьм, приведений, странников, сирен и ещё кучи всего перестали окружать нас, то Мистик-Фоллс снова стал городом нашего детства, таким же тихим и уютным. Метт так тщательно соблюдает свои обязанности, что здесь и мелких хулиганов встретить, практически невозможно.
Джереми вернулся в Мистик-Фоллс несколько месяцев назад после нашего с Алариком предложения о работе в нашей школе преподавать физическую культуру и самооборону.
Самое главное я и забыла написать.
Наша школа. Школа для одаренных детей, таких как мои замечательные Лиззи и Джози. Школа работает только первый месяц, и я честно не ожидала, что на первый год обучения все места заняты.
Когда Аларик предложил эту идею, я знала, как всё сделать, а когда Деймон предложил поместье Сальваторов, то я то ли из-за энтузиазма, то ли из-за скорби, принялась за дело. Никто не ожидал, что мы откроемся в течение года после задумки этой идеи.
Лиззи и Джози нашли много друзей, таких же прекрасных детей, как они. Мои девочки — это моё счастье. Я и слов не могу найти, чтобы описать, то, как я благодарна этому миру за то, что я их мать».
Отложив в сторону ручку, блондинка улыбнулась, закрывая потертую тетрадку.
Раздался стук в кабинет, и после короткого «входите» зашёл Джереми и Шон. Шон — прекрасный, но потерянный мальчик, который уже за первый месяц обучения оказывается третий раз в кабинете директрисы.
— Здравствуй, Кэролайн, мы тебя не отвлекаем? — Джереми положил одну руку на плечо четырнадцатилетнему парнишке, а второй закрывал дверь.
— Конечно, нет. В моём кабинете всем рады, — блондинка перевела взгляд на мальчика. — Особенно тебе, Шон. Что на этот раз тебя привело?
Мальчик покосился на Гилберта, потом на Форбс, затем сморщился и дёрнул корпусом, чтобы рука Джереми покинула его плечо.
— Я никому ничего не должен объяснять! Вам всем это понятно? — в его глазах была злость. Шон был оборотнем и такое поведение, видимо, у него в крови.
— Он был на моем уроке, я рассказывал о стрельбе из арбалета, а когда перешли к стрельбе по целям, Шон выбрал целью Мелиссу. — Джереми плюхнулся в кресло напротив стола Кэролайн. Когда-то здесь была спальня Стефана Сальватора, но Кэролайн быстро изменила всю обстановку и теперь даже предположить нельзя, что здесь когда-то жил сто семидесяти летний подросток.
— Она заслужила. Она вампир! Она убийца!
— Я тоже вампир, Шон. И ты готов выстрелить и в меня из арбалета? — мальчик поджал губы. Кэролайн поднялась и села рядом с голубоглазым шатеном, заглянув ему в глаза. — Шон, неважно кто ты — оборотень, ведьма или вампир. Многим из нас не давали выбор, кем становится, а кем нет. Мелиссе этот выбор тоже не давали. Её семья пропала, и жизнь сделала её тем, кто она есть. Ты ведь знаешь, как активируется ген оборотня, и знаешь, что он активирован у твоих родителей. Я знаю, то что с ними произошло было случайностью, но это же не значит, что ты не любишь их меньше?
Мальчик посмотрел ей в глаза: он не понимал, почему Миссис Форбс-Сальватор, была так ко всем добра. Она ведь тоже вампир, и, наверное, тоже делала ужасные вещи, но каждый раз когда он что-то творил и его вызывали в этот кабинет, он видел только очень хорошую и милую женщину, а не монстра.
