— «Багдад»? Неужели все так серьезно?
— Я просто консультант и озвучиваю приказы руководства. Но в фирме знающие люди говорят — у тебя есть голова. Ею ты обязан думать! Допивай, Дед заждался.
— До свиданья, спасибо за чай!
— Да нет, дружок, прощай! Теперь можно сказать: пост сдал! Служба моя закончилась. Такие пироги.
В эту минуту генерал выглядел старым гвардейцем, оставшимся в бою с последним патроном, но не ищущего дороги в тыл.
Молодой генерал мысленно примерил окоп и решимость Ладыгина к себе.
Куркин резво стартовал, жена была женщиной очень доброй, опоздания карались жестко и не одномоментно.
Переодевшись, Куприенко вполне способен был подать голос.
— Владимир Викторович! Цветочки ба?
— Какие, к… матери цветочки! Обоим будет… и цветочки тоже — времени почти ноль!
— Ничего не будет, обойдется, совру что–нибудь.
— Да она все твои враки видала в…
— Говорю Вам — обойдется. Карта поперла.
— А вот в этом я очень даже не уверен, тебе завтра в девять быть у Денисова.
20.10.2005 г. 19.23. Москва. Ясенево.
Выйдя из гостевого дома СВР, генералы направились к основному зданию, где Ершов отпустил Шульца домой отдохнуть с дороги, с пожеланием «утром чтоб как огурчик», подразумевая возможные посиделки с дружками, которых Шульц имел в Москве и окрестностях в таком количестве, что беседа «за жизнь» с каждым всерьез могла подорвать здоровье.
Шульц отмахнулся — не мальчик! Знать, когда, с кем и сколько входило в кодекс поведения офицера разведки.
— Дайте лучше машину. Хочу сейчас позвонить Профессору: все на сегодня сделаю, а потом домой — родитель ждет.
Машину дали — какие разговоры: резидент все–таки.
В машине Шульц набрал телефон секретариата Примакова, какое–то время номер был занят, потом ответил женский голос. Проверяясь, спросил Ирину Григорьевну — это я?!
Шульц представился. Ему вежливо предложили оставить свой телефон.
Вскоре позвонил Профессор:
— Ты где?
— По кольцевой еду.
— Сейчас четыре сорок дня, как у тебя с шести?
— Свободен.
— Тогда подъезжай к Олимпийскому, найдешь пятый подъезд «бассейна». Там находится фитнес–клуб «Фит — Олимпекс». Запомни, пятый подъезд бассейна. Буду ждать, прямо напротив входных дверей — стоянка.
— Хотел бы уточнить марку Ваших жигулей.
— Марка моих нынешних жигулей теперь называется «хаммер»! Цвет и номер тебе ни к чему, их на Москве два.
— Все понял, буду.
Попросил водителя подбросить к метро «Теплый стан», захотелось проехаться. В семнадцать с небольшим был на «Проспекте Мира» и, следуя давней привычке, прогуливаясь, осмотрел площадку у спорткомплекса, где и засек приезд Профессора.
Из машины выскочила девчонка и зашла в подъезд клуба. На плече у девочки висела сумка. Внучка, что ли? И пошел к машине, избегая сектора обзора левого зеркала машины. Напрасно старался. Когда подошел почти вплотную справа, дверь сочно чвакнула, открываясь. На месте водителя сидел довольный сюрпризом Примаков.
— Садись, конспиратор! Я, видишь, внучку привез. Самое толковое место для фитнеса. Тут директором президент этой федерации, очень профессиональная женщина. Долго выбирали. Девчонка довольна. В машине можно говорить.
— Евгений Максимович! Лучше прогуляться.
— Хорошо! Понимаю. Сигнал прошел четко. Что случилось?
— Евгений Максимович! Я хочу начать вот с чего… Б-больше без санкции руководства мы вот так встречаться не будем. И Вам и мне это лишняя г-головная боль, а мне ее могут излечить радикально. Да и запашок у таких встреч п-присутствует…
— Алексей, я тебя понимаю и согласен. Но хочу тебя утешить: санкцию на встречу дало высшее должностное лицо России. Ты же знаешь, я подставлять не умею. Успокойся и можешь вообще ничего не говорить — я пойму. Ты приехал, почувствовав запах жареного?
Шульц кивнул.
— Польша договорилась с Украиной и торгуется с Англией и Францией?
Кивок.
— Причина — «Балтийский проект»?
— Угу.
— Эва! Болтун! Руководство считает, возможен мировой кризис?
Разведчик не реагировал на вопрос.
— Понял, извини. Последнее — пойдете до конца?
Шульц поднял глаза к небу.
— Хорошо. Я тебе кое–что дам. У немцев в правительстве крот. Идет утечка по сути проекта. Агент работает на французов. На крота можно выйти через того журналера, который первым даст детали не сделки, а проектной документации. Вот пакет. В нем обоснование. Теперь давай сравним мою информашку и твои ужимки! Но это не всё. Я скоро буду в твоих краях и точно кое–что подкину.
— Я обязан доложить руководству.
— Разумеется. Я бы и сам это сделал, да убедился в реальности час назад. Решил тебя отблагодарить. Четко докладывай — информация от меня. Ребятам привет, Кирпиченко особо. Ну, до встречи?
— До встречи.
Шульц вышел на проспект Мира и на леваке добрался до дома.
Отец ждал у накрытого стола. Засиделись заполночь.
00.43. Москва.
Около часа ночи представители двух поколений военной разведки звонили в дверь одной из квартир красивого старого дома на Софийской набережной. Нет, они не ждали теплого приема, но как офицеры, конечно, вышли на выстрелы в полной готовности к очередному подвигу.
