— Я знаю, что видел, Элли! — сорвавшись, Камелот назвал ее знакомым именем, сам того не понимая. — Я знаю ее давно, и у меня нет ни капли сомнений в том, что она настоящая! Но ради ее же блага, как ее друг, я должен остановить ее любой ценой…
— И все же, я не припоминаю никого такого, хоть и очень стараюсь… если тебя я могла вспомнить, то тут полный провал, даже отдаленного образа нет… когда это случилось?
— Ты прослушала, не так ли?.. — усмехнувшись, спросил Камелот. — Тогда, когда Винтер только основал свое королевство.
— Что?.. — искренне удивилась она. — Невозможно.
— Да, и именно поэтому мне нужен Винтер!
Слова Камелота заставили ее на мгновение уйти в себя и поразмыслить, сделав паузу. То, что он сказал, было крайне серьезным… и проблематичным.
— Я должна увидеть ее. Прости, но я не могу магическим образом заставить Винтера явиться — все намного сложнее, чем ты можешь себе вообразить.
— Я понимаю, и я не стану стоять на твоем пути.
Зашагав вперед, Элеонора приблизилась к Камелоту, схватив того за руку.
— Ты знаешь, куда они отправились? Их конечное место назначения?
— Она упоминала мраморный город, или же мраморное королевство. Достаточно много раз, чтобы я был убежден в том, что они отправились туда.
Элеонора запнулась, пытаясь понять, слышала ли она вообще об этом месте.
Но совсем скоро эти подробности стали не нужны.
— Ясно. Знаешь, я сейчас подумала, и поняла, что их место назначение не так уж и важно… ведь я все еще чувствую след пустоты. Мы настигнем их.
— Настигнем их? Но как? Или ты…
Но Элеонора, в отличие от него, даже не дослушала то, что он пытался сказать, и они оба исчезли в тот же момент.
Теперь, Фауст остался здесь один на руках с Андромедой, рядом с брошенным фортом. Наверное, ему все же стоило попроситься уйти с Девятой, или, по крайней мере, намекнуть на свое существование во время разговора с Элеонорой, чтобы их тоже переместили хоть куда-нибудь. Потому что теперь… теперь ему придется проделать весь путь пешком. Черт пойми куда.
— Конечно, про нас все забудут, чего я только ожидал… — покачав Андромеду на руках, расстроился Фауст. — Надеюсь, что там еще осталась хоть одна лошадь в форте…
Как-то раз, в разговоре между Лулу и Девятой зашла тема о смерти, о том, что каждый из них хотел бы сделать с собой. Если Девятой было плевать на то, что будет с ней после смерти, то желание Лулу оказалось более приземленным, и, в то же самое время, странным: ей хотелось исчезнуть. Исчезнуть так, чтобы не тяготить никого своим присутствием после смерти. Не позволять никому приходить на ее могилу, не стоять нигде в виде урны. Ей просто хотелось исчезнуть, и тогда это желание показалось Девятой глупым. Сейчас, когда мертвая Лулу лежала на ее руках, оно ей таковым не казалось, но ей все еще предстояло выяснить, как можно исполнить подобное.
Войд не переместил их прямиком в мраморный город, но переместил достаточно далеко, чтобы никто их сейчас не нашел. Девятая сидела под деревом, рядом с обрывом что вел в необъятное море, конец которого был еле-еле виден с такого ракурса. Неподалеку их ждала развилка, ведущая в сторону места назначения, которой они, впрочем, не собирались пользоваться, ведь благодаря присутствию владыки пустоты есть более приятные способы перемещения.
Но владыке пустоты нужно время, чтобы восстановить свои силы для следующего телепорта. Не хотелось бы оказаться совсем истощенным.
Эта часть востока все еще пестрила красками, несмотря на то что тут уже начала наступать холодная осень. Было достаточно тепло, красочно, и даже мило, но похолодевшее тело Лулу не позволяло Девятой насладиться этим.
Держать в руках тело человека, с которым ты вчера вместе обнимался, это… было весьма болезненно, но именно это сейчас и нужно было Девятой, чтобы собраться с мыслями. Несмотря на свои слова, и на слова Лулу, она понимала, что бежать напролом отрывать всем головы будет глупо. Ей, по крайней мере, нужно подобие плана… который, впрочем, она может придумать уже после того, как она вместе с Луной минует мраморную столицу и попадет в руины.
Девятая не горела желанием сражаться с Восьмой, потому что на ее хвосте и так уже висел Шестой, зеркальный герцог, но она не могла отказать Луне. У нее была другая жизнь, отличная от той, что была у нее во время работы с Девятой, но они все еще были хорошими друзьями, хоть и многие вещи вставали против их отношений. Тем более что Луна не останется в долгу.
— Лулу была очень добра ко мне. Всегда, — как всегда образовавшись из ниоткуда, Войд присел рядом с ней, под деревом. — Мы часто сплетничали с ней, когда ты спала, и в каждом нашем споре… она встала на твою сторону.
— Вы сплетничали обо мне у меня под носом, пока я спала? — Девятая нервно засмеялась, то ли от счастья, то ли от презрения. — Что еще?
— Она тестировала на мне новые блюда. Как Лулу говорила, я, будучи существом, отличным от человека, но способным имитировать человеческие вкусовые рецепторы, могу послужить как чистый лист, с абсолютно непредвзятым взглядом на кухню!
