- Не хочу! – ладошки скользят по тонкому плексигласу. Ощущаю, как он медленно поднимается. Расстояние в пару шагов преодолено за несколько растянувшихся во времени секунд.
Это охренительное ощущение. Ты словно зажата между двумя источниками адреналинового кайфа – запредельной высотой в критической точке абсолютного парения и ментальным осязанием сильного мужского тела за спиной, настолько близко, что его дыхание обжигает кожу доверчиво открытой шеи через шелк рассыпавшихся волос. Сегодня нет зон личного пространства и кода скрытого доступа – психолог с Оксфордским дипломом взломала какой-то тайный секрет одного из навесных замков, который как раз и отвечал за страх острых ощущений. Мне бы задуматься об этом и провести параллели с рассказом о том, что я чувствовала, когда меня в прямом и переносном смысле слова буквально обращали в рабыню, забирая волю… Только мне слишком хорошо от рухнувшей с плеч каменной глыбы, которая, по факту, всего лишь мелкий осколок.
Я впервые за все время не вздрагиваю от его прикосновения…отнюдь не нежного! Никакой хватки за волосы (еще не вечер), но рывок за плечо мало похож на объятия заботы, как, впрочем, не похож и на проявление раздражения и злости.
- Что та… кое… - мой поворот прерван собственным испуганным криком. Нет, кабинка не содрогается. Вместо нее делает тройной кульбит мое сердце. Я держу этот взгляд, к которому уже успела привыкнуть и которого практически не боюсь, и этого достаточно, чтобы не заметить иную опасность…
Я изумленно выдохнула в теплые губы, накрывшие мои повелительным нажимом… Сердце совершило сверхзвуковой прыжок, перекрывая кислород и переворачивая панораму тонущего в сумерках города в перевернутую в пространстве абстракцию. Удар ошеломительного непонимания, осознание запредельности происходящего вместе со скользящим движением языка поверх контура моих расслабленных губ…
Эта вспышка потрясает своей силой настолько, что я не могу пошевелиться. Я не целую его в ответ, я просто не в состоянии этого сделать – я ошеломлена совсем не внезапным натиском, сердечко не срывается в танец страха и неприятия, наоборот! Это кажется логичным и ожидаемым на фоне последних событий!
Сильные руки нежно и решительно сжимают мои предплечья, не делая попытки соскользнуть ниже – к такому я точно пока не готова. Новая рельефная тень защитными крыльями заслонила собой окружающий мир с высоты птичьего полета. Нежные касания языка без намека на страстную агрессию изучают новую открытую территорию поверхностным сканером, а я не думаю о том, что могу это остановить одним движением ладони…
Хороший способ заставить меня отойти от непрочного плексигласа смотровой кабины! Когда он медленно отстраняется, разжимая объятия, я на автомате делаю несколько неуверенных шагов в направлении скамьи, неосознанно прикасаясь к губам, сохранившими ритм сладкой пульсации.
Я не знаю, какая именно покерная партия была разыграна представителями моего ада и Эдема в тот момент. Возможно, им просто надоело мое нытье. Кто сказал, что там не жаждут, подобно древним римлянам, хлеба и зрелищ?..
Глава 15
- Может, хватит? – Лекси вытягивается на каменном ложе хаммама, умостив подбородок на предплячьях, и поворачивает голову в мою сторону. Молодой и симпатичный массажист как раз вспенивает по ее телу воздушное мыльное облако. У меня этот этап уже позади, я кайфую от аромата кофе со сливками - эту вкусно пахнущую массу как раз наносит мне на спину вторая массажистка. Парня узурпировала Лена, и я ей даже благодарна, не люблю, когда меня трогают посторонние мужчины.
- Хватит что? – за последние семь дней эти две выели мне мозг чайной ложечкой со своими допросами. Гестапо царапало крышку гроба в попытке завербовать их обеих в свои ряды.
- Молчать! – отталкивается от противоположного бортика бассейна Эля. Массажист поднимает голову и тут же опускает глаза. Ну правильно, зачем нам верх от купальника в бассейне, да, супер-фотограф века? Что там говорят о врожденной скромности женщин с восточными корнями? Лезгины сильно гордый народ для всасывания с молоком матери неудобных традиций? – Ты уже, это самое… вступала с ним в полемику?
- Эля, - чуть вздрагиваю от сильного нажима массажистки. – Дениска не царапает щетиной, когда лижет тебе киску?
- Дениска пользуется электробритвой. Не съезжай!
Черт, одна я вижу в обслуживающем персонале прежде всего людей, и не собираюсь обсуждать свои проблемы в их присутствии?
- Она улыбается! – подскакивает на ложе Лекси, хлопья мыльной пены кружат в воздухе, оседая на ее распущенных волосах, - супер-блондинка королева в любой ситуации. Мне даже стыдно за небрежно скрученный на затылке узел. – Юль, у тебя глаза есть? Ты, вообще, рассмотрела, насколько он шикарный мужчина, или это видят все, кроме тебя одной?
