Гумбольдт

Увы, но уже и не кажется, что на нашей с вами родине - одно недоразумение упорно и как бы моментально сменяет другое. "Будь недоразумением!", - это давно слышится со всех так называемых государственных огородных грядок. В течение долгих столетий ведь создаётся это русское, уникальное недоразумение, к которому многоликие создатели не могут прилепить, вот горе! лица. Ну, не глупости ли? - Голосуют уже, друзья, за это самое лицо! - побеждает... недоразумение. Ищут даже одержимо по ночам некую полупризрачную красавицу - русскую идею... находят... даже не недоразумение, ничего не находят! И если завтра рейтинги очередного истинно русского деятеля взорвут небеса, а вся Вселенная заговорит на русском языке, выйдет... недоразумение; потому как всё это лишь имитация духовной деятельности. Подходи к делу с таким вот извращенным до корней подходом - и в опасности не только русская культура и традиция, но и всякая культура! Если вообще она ещё безвозвратно не превратилась в телеканал.

120 О бесконечной обороне.

Не станем вдаваться в труднодоступные и непременно спорные перипетии возникновения и становления известных народных праздников. Но в некоторых ещё дышащих ожесточенных империях (а, в конце концов, Империи) все эти праздники (и даже божественные праздники!) должны обладать, по мнению авангардных государственных деятелей, системами ПВО!

Кажется, что сегодняшний цивилизованный мир обороняет уже всё подряд, и это вне зависимости от того, как именуется человеческими устами эта "оборона". Если даже все нынешние герои, всякого рода модники и фанаты здешнего мира соберутся вместе, чтобы атаковать безрассудно своими высокими лбами бездуховные, по их мнению, стены, выстроенные всякими там "фашистами",- это всё назовётся ораторскими спецами "обороной", и обязательно "во имя светлого будущего наших детей!"

Но я рискну напомнить всему "обороняющемуся" сообществу совсем маленькую, скромную, но известную ведь! истину: любая оборона требует не только героев и их замечательной духовной силы, но и требует Удачи... которая, как известно, don't know (нет, не о какой-либо сделке, нет), что это такое - бесконечность.

121 О древнем исполине.

Судя по тому, что приходится видеть и слышать по так называемым общедоступным каналам, можно весело сказать, что умных людей, решившихся провалить наконец "экзамен", становится микроскопически мало, или же... глаз художественный нас "подвел", нафантазировав, и их вообще нет, этих решившихся.

Несомненно, что ноги нерешительности такой растут от страха; причем нерешительности во всех отраслях жизнедеятельности рассудочного, цивильного человека: будь то всяческие искусства, будь то массовые образования, или вообще некая "спортивная" деятельность. Кругом здесь властвует страх! Поэтому никак не приходят к собственному порыву, чувству, но живут... по "примерам". Осваивают, казалось бы, непостижимые техники, показывают невообразимую выучку, идеальнейшие формы (посмотрите только, как в плане техники развилось изобразительное искусство!). Каждый третий - художник, каждый четвёртый, кажется, музыкант, каждый пятый... уже завтра будет произведен, наверное, в мыслители под событийный треск замысловатых хлопушек...

Казалось бы, вот они события! Простор для восхищения-то какой!.. Но ещё раз: кругом витает лишь страх, чем единственным и можно, если можно, восхититься.

Кажется, что этот талантливый, древний исполин сегодня шедеврально срисует всё что угодно! Но и при этом культурном сеансе он в состоянии рухнуть на своего бедного натурщика в любой момент, задавив, к несчастью, последнее божественное, что теплится ещё в нём.

122 О человеческих заводях

Перейти на страницу:

Похожие книги