— Если этого не случится, бедняжка просто не переживет, — сказала она с тревогой. Сама Аманда жила делами своих детей и считала, что семья без детей — не семья. Именно поэтому она лучше, чем кто бы то ни был, представляла себе, как будет страдать Джен, если останется бездетной.
— А как насчет тебя? — негромко спросил Джек, когда, пообедав в прибрежном ресторанчике, они возвращались в коттедж.
— Что — насчет меня? — не поняв, переспросила Аманда.
— Мне бы не хотелось, чтобы ты забеременела, — честно признался он. — Мне кажется, что для нас это все еще актуально.
Джек знал, что к пятидесяти годам женщины, как правило, утрачивают способность к деторождению, но Аманда выглядела не по годам молодо, и было вовсе не исключено, что ее организм еще не перестроился окончательно. Вчера Джек предпринял все меры предосторожности, правда — несколько по иной причине. Учитывая тот свободный образ жизни, который он вел до недавнего времени, Джек вполне мог оказаться носителем вируса СПИДа, и ему не хотелось заразить Аманду этой ужасной болезнью. И не имело никакого значения, что вот уже довольно давно — отчасти в силу обстоятельств, отчасти из‑за Рождества, когда работы в салоне стало невпроворот, — он не встречался со своими прежними подружками. Поэтому Джек не хотел отказываться от презервативов до тех пор, пока не сдаст ВИЧ‑тест. Потом, когда он будет уверен, что с ним все благополучно, они смогут не прибегать к контрацепции, тем более что с тех пор, как Джек встретил Аманду, другие женщины перестали его интересовать. Таким образом «залет» был единственной грозившей им опасностью, и Джек решил переговорить на эту тему с Амандой.
— Я об этом не думала, — ответила Аманда, с удивлением глядя на него. — Знаешь, Джек, по‑моему, в моем возрасте беременности уже не боятся. Ты думаешь, это возможно?
Она действительно не думала. Они с Мэттом никогда не предохранялись, и Аманда успела к этому привыкнуть. И дело было даже не в том, что она была верна мужу все двадцать семь лет — с тех пор как вышла за него и вплоть до позавчера. Проблема не стояла перед ней совсем по другой причине. После выкидыша, который случился у Аманды, когда Джен была еще совсем маленькой, в ее организме, очевидно, что‑то нарушилось, и она так и не забеременела в третий раз, хотя ей всегда очень хотелось иметь сына.
Но сейчас, в пятьдесят лет, мысль о том, что она может случайно забеременеть, казалась ей нелепой, и Аманда заявила об этом Джеку.
— Не такая уж она и нелепая, — возразил он. — Мне вовсе не улыбается укрываться от отцовства на старости лет и бежать под покровом ночи куда‑нибудь в Бразилию или наниматься матросом на какой‑нибудь сухогруз, который годами болтается в дальних морях.
Тут Аманда весело рассмеялась, ибо очень живо представила себе Джека — босиком и со шваброй в руках — стоящим на палубе какого‑нибудь парохода, но ему самому было не до веселья. На протяжении последнего десятилетия он слишком часто сталкивался с женщинами, которые на полном серьезе утверждали, будто они от него беременны, или звонили ему с утра пораньше и в панике сообщали о задержке или о том, что накануне забыли принять таблетку. Проблема нежелательной беременности была для него постоянным источником головной боли, и оттого Джек никогда не относился к мерам предосторожности спустя рукава.
Аманда заметила мрачное выражение его лица и не сдержала улыбки.
— Потерпи немного, — сказала она. — Я думаю, скоро все изменится.
Она имела в виду возрастные изменения, о которых она, впрочем, имела довольно смутное представление. Ее врач сказал, что они могут наступить и через месяц, и через год или даже больше, однако Аманда была уверена, что ничем не рискует. Мысль о том, что она может залететь в пятьдесят лет, казалась ей совершенно абсурдной, к тому же Аманда помнила про свой выкидыш. До того как с ней случилось это несчастье, она — в отличие от Джен — способна была забеременеть буквально от ветра. Но после того как она выкинула, желанная беременность так и не наступила, и со временем Аманда отвыкла даже думать о необходимости предохраняться.
— Долгонько придется ждать, — ответил Джек с улыбкой, но в глубине души он был с ней согласен. С точки зрения чистой теории Аманда все еще вполне могла забеременеть, но слышать о том, чтобы пятидесятилетняя женщина оказалась в подобной ситуации, ему еще не приходилось.
Вечером Джек сам приготовил роскошный ужин на двоих, и они съели его, сидя возле камина и любуясь поднявшейся над океаном луной. В доме Джека Аманда чувствовала себя свободно и непринужденно, потому что здесь ничто не напоминало ей о Мэтте. И вдруг странная мысль пришла ей в голову: а ведь с Джеком Уотсоном она может начать новую, совсем другую жизнь.
