Мы приземляемся на дерево.
Представления не имею, где мы – я никогда не забиралась так высоко и вообще не бывала так близко к природе, но Назире все нипочем.
Задыхаясь от адреналина и недоверия, я поворачиваюсь к ней, но Назира, не глядя на меня, спокойная и даже довольная, оглядывает небо, одной ногой упершись в ствол, а другой болтая на холодном ветру. Небрежно положив руку на колено, она с отсутствующим видом разминает пальцы, будто сжимая и отпуская нечто невидимое. Наклонив голову набок, я уже открываю рот, но Назира меня опережает.
– Знаешь, – говорит она вдруг, – я еще никому не показывала, что́ я умею.
Я даже теряюсь:
– Никогда?
Назира отрицательно качает головой.
– Почему?
С минуту она молчит.
– Ответ на твой вопрос как раз одна из причин, почему я хочу с тобой поговорить.
Назира рассеянно трогает бриллиантовый пирсинг на губе, постукивая подушечкой пальца по сверкающему камушку.
– Слушай, – начинает она, – ты вообще знаешь что-нибудь о своем прошлом?
Боль оказывается быстрой и острой, как холодная сталь, как удар ножа в грудь. Болезненное напоминание о сегодняшних откровениях.
– Кое-что, – отвечаю я через силу. – Не поверишь, сегодня утром узнала.
Назира понимающе кивает:
– Так вот почему ты убежала.
– Ты за мной следила, что ли?
– Да, я незаметно следовала за тобой.
– Зачем?
Она улыбается, но улыбка кажется усталой:
– Ты что, совсем меня не помнишь?
Я недоуменно смотрю на нее. Назира вздыхает, подбирает под себя ноги и, чуть отвернувшись, принимается глядеть куда-то вдаль.
– Забудь.
– Нет, погоди – как это, я что, могу тебя помнить?!
Назира качает головой.
– Не поняла, – настаиваю я.
– Забудь, – повторяет она, – ничего особенного. Ты просто очень знакомо выглядишь, вот мне и показалось, что мы уже встречались.
– А-а, – смягчаюсь я, – ладно.
Но Назира избегает моего взгляда, и у меня остается ощущение, что она что-то недоговаривает. Она сидит в глубокой задумчивости, покусывая губу и глядя на что-то далекое. Молчание длится довольно долго.
– Гм, извини, но ты принесла меня на дерево, – не выдерживаю я. – Что я тут делаю и чего ты хочешь?
Назира поворачивает голову. У нее в руке я замечаю пакетик карамелек. Она протягивает мне леденцы, предлагая угоститься, но я ей не настолько доверяю.
– Нет, спасибо, – отказываюсь я.
Назира пожимает плечами, разворачивает один из цветных фантиков и бросает конфету в рот.
– Что конкретно рассказал тебе Уорнер?
– А тебе зачем?
– Он говорил, что у тебя есть сестра?
Мне становится жарко от гнева. Я ничего не отвечаю.
– Значит, да, – заключает Назира и звучно хрустит леденцом. – Еще он что сказал?
– Чего ты от меня хочешь? – не выдерживаю я. – Кто ты такая?
– О родителях он тебе говорил? – как ни в чем не бывало продолжает Назира, искоса глядя на меня. – Ты знаешь, что росла в приемной семье и твои биологические родители живы?
Я молча смотрю на нее. Назира, по-птичьи наклонив голову, пристально уставилась на меня:
