В хороших знакомствах у Елены Владимировны оказался сам ректор. Носов даже подумал, что их отношения в свое время проходили в горизонтальной плоскости. Сам Дмитрий пришел в новом костюме, что ему успел стачать портной и он производил вполне благопристойное впечатление, что было видно по лицу ректора, когда он его увидел. Благо, что синяки давно прошли. Ну а остаточные следы заштукатурили с помощью косметики преподавательницы.
«Наверняка ожидал узреть обычного гопника, пусть и со способностями», – мысленно усмехнулся Носов.
Дмитрий повторил свою легенду, добавив:
– …И прошу дать мне шанс Кирилл Юрьевич.
– Что ж молодой человек, ваша ситуация мне ясна и я рад, что вы взялись за голову и пытаетесь выбраться всеми силами из того болота жизненных перипетий в которое угодили в силу не зависящих от вас обстоятельств… это внушает уважение и я как коммунист не могу не протянуть вам руку, чтобы окончательно вырвать вас из трясины.
– Благодарю. В свою очередь приложу все силы, чтобы доказать, что ваши усилия не окажутся напрасными.
– Замечательно.
На некоторое время отложив занятия по английскому языку Дмитрий налег на предметы, необходимые для сдачи вступительных экзаменов. Его ведь допустили на общих основаниях, сделав лишь небольшую поблажку – приняв документы. Елена Владимировна тут хорошо постаралась и Носов увидел свое имя в списках принятых.
К слову сказать Московский городской педагогический институт имени В.П. Потемкина стал частью Московского государственного педагогического института имени В.И. Ленина.
– И мне в принципе больше вас нечему учить Владлен, – сказала учительница.
– Благодарю. Хотя если будет такая возможность, то хотел бы и другие языки освоить из тех, что вы знаете.
– Если у вас появятся такие возможности, то буду радо помочь.
Вот наконец состоялось торжественное собрание первокурсников.
«Ой-ой-ой! – мысленно посмеялся Дмитрий, озираясь по сторонам, пропуская мимо ушей речь ректора про Партию и дело Ленина с его заветом: «Учиться, учиться и еще раз учиться», про высокое звание педагога, его ответственности и прочее. – Вот это я в цветник попал!»
Ну да, подавляющая часть присутствующих являлась девушками. Парни тоже были, по три-четыре на группу, но такого ботанского вида, откровенные маминки сыночки, вчерашние школьники, половина в очках. Дмитрий являлся чуть ли не единственным с явно выраженным брутальным видом. Так что не удивительно, что на него довольно откровенно посматривали однокурсницы.
«Ох-ох-ох! – снова засмеялся он в мыслях, но уже не так весело. – Это же какие проблемы могут возникнуть…»
Кого-то может и порадовало бы такое количество юных прелестниц вокруг, но Дмитрий, ранее не страдавший синдромом Донжуана, видел только возможные сложности. Не он тут охотник, а добыча для стаи хищниц. И ладно если бы просто, так сказать для здоровья встречаться, так нет же, его окольцевать захотят.
«Но ничего, будем решать проблемы по мере их поступления, – решил он. – Но если что, буду отстреливаться до последнего, хе-хе…»
Но вообще он тешил себя надеждой, что успеет свалить из этого института до того, как эти проблемы начнутся.
Под конец речи ректор для каждой группы назначил старосту, комсорга и профорга. Не все оказались довольны такому административному навязыванию лидеров, ведь по идее все эти должности выборные и дают отличные стартовые возможности для карьеры по партийной линии, но, впрочем, правилам это тоже не противоречило. Если человек не справится со своими обязанностями, тогда можно будет выдвинуть вотум недоверия и избрать уже голосованием более достойных. Впрочем, Дмитрию это все было не слишком интересно.
Его порадовало то обстоятельство, что в этот момент времени еще не возникла такая советская традиция – бросать студентов на «борьбу с урожаем». А то он в свое время так и не понял, в чем была проблема вместо тысячи танков сделать тысячу картофелекопалок. Это при том, что все были уверены, что если война случится, то она станет ядерной и все эти танки просто сгорят… но клепали их с упорством достойного лучшего применения и в итоге все эти машины тупо ржавели на огромных полигонах-хранилищах.
Начались занятия.
К нему за стол подсела какая-то бойкая девица, этакая, что называется, кровь с молоком.
– Ирина! – представилась она, не обращая внимание на хмурые лица своих соперниц.
– Д… Владлен.
По окончании первой лекции вниманием группы завладела староста, сказав:
– После окончания занятий прошу всех вернуться в эту аудиторию для решения некоторых вопросов и просто познакомиться.
При этом на следующих занятиях с ним уже сидела совсем другая девушка, но тоже такая же пробивная.
– Катя!
– Владлен…
Н третьей паре снова произошла перестановка.
– Оля!
– Владлен…
На общей по курсу лекции в большой аудитории, его зажали сразу с двух сторон.
– Марина!
– Зоя!
– Владлен…
Дмитрий даже не хотел знать, как делили очередность.