Чарльз тяжело вздохнул. Не отрывая глаз от панели перед собой, он снял с лысой головы шлем Церебро, что связан с машиной густой сетью проводов. В этот момент он почувствовал некоторую слабость, и, когда попытался подняться, его ноги пошатнулись. Но Ксавьер вовремя собрался с мыслями и смог удержать равновесие.
— Все, что я сделал… — эти слова не обращены к озабоченному юноше. Ксавьер даже не удостоил его взглядом. Вместо этого его голос, подобно грому, прозвучал по обширному, пустому, шарообразному залу. — Все это рухнуло в одно мгновение.
— Профессор, — Орор положил на плечо Ксавьеру руку. — Вы меня начинаете пугать. Пожалуйста, объясните мне, что произошло. Насколько это серьезно?
Профессор еще раз тяжело вздохнул. Он обернулся к Монро. Молодой человек испытал на себе хмурый, мрачный и печальный взгляд телепата. И вздрогнул — Орор никогда в жизни не видел профессора таким. Даже в самый темный час в нем всегда оставалась воля. А тут…
— Десятки лет моей работы, тысячи часов, ваш героизм… — теперь уже профессор положил руку на левое плечо Шторма, словно любящий отец пытается найти утешения у сына. — Только что отношения людей и мутантов скатились в пучину мрака. Свершилось то, что я был не в силах предугадать…
— Чарльз, — по интеркому поместья прозвучал очень взволнованный грубый голос Логан. Женщина, являвшаяся до этого ничуть не меньшим примером стойкости, чем сам Профессор Икс, была явно встревожена. — У нас ЧП! Только что по телику передали о массовых терактах с участием мутантов! По всей Америке! Ты прости, но это полный пиздец! Я соберу команду и попытаюсь спасти как можно больше народа, пока есть время!
— Логан… — профессор слабо улыбнулся, устремив взор к потолку, где расположен динамик. Мгновение спустя слабость исчезла. Появился тот самый легендарный сосредоточенный взгляд, выучка и мужество, что не раз спасали людей Икс.
— Монро, — Ксавьер строго обратился к Шторму. — Иди с Росомахой. Спаси как можно больше людей. А я останусь тут, передам вам все координаты и попытаюсь помочь, чем смогу.
Орор ничего не произнес. Обоим мужчинам хватило лишь кивка головой. И затем он Шторм рванул из зала. Автоматическая бронированная переборка раздвинулась перед ним, пропуская его вперед.
Когда юноша скрылся из виду, профессор позволил себе еще раз тяжело вздохнуть. «Это будет тяжелая неделя, — подумал он. — Политики и пресса меня разорвут. Но это мелочи. Нужно подробно разобраться, какого чёрта произошло»
С этими мыслями Чарльз, никогда прежде не позволявший себе ругаться, устало сел в кресло, принявшись размышлять над произошедшим.
***
«…Свист ветра в ушах мешал уйти в свои мысли. Резь в глазах — отрешиться от происходящего. Гул в голове, не стихающий сутками, резонировал со стучанием сердца и грохотом грома; в это же время взгляд был направлен вперёд.
А в это время далеко внизу мир пылал, крича в агонии, заставляя челюсти сжаться до такой степени, что хруст зубов был почти что слышен. Люди молили о помощи. Они молили о спасении. О надежде. О том, что те, кому они верят и кого любят, в пользу кого голосуют, митингуют и платят деньги, полиция, армия и герои — они придут, они успеют, они…
«Но никто не пришёл»
Люди, сгорающие, как факелы, люди-угольки; люди, раздавленные машинами и обломками, словно тесто; люди, которые ещё вчера были живы, строили планы, считали, получится ли им сделать что-то для детей, родителей, любимых и близких — уже сейчас многие из них застыли, обращая немигающий взор пустых глаз в небеса.
«Где вы?… кто-нибудь?…»
Ярость, разгоняющая апатию и депрессию, нарастала с каждым ударом, пока взор пламенеющих глаз искал того, кто мог быть наиболее опасен.
Того, кого надо было остановить любой ценой… Любой ценой…
Даже если ценой станет выбор — кого спасать, а кого оставить на верную погибель.
Даже если ценой станут жизни тех, кто должен был быть спасён.
И, наконец, далеко внизу существо, которое могло причинить немыслимые бедствия, и потому стоившее таковой цены, было найдено — заглушая голоса порывами ветра, герой ринулся к нему, словно стремясь обогнать саму скорость света.
Его поступь была равной и неспешной — такой, какую можно ожидать от спокойного, довольного своей жизнью человека в выходной, солнечный, но не слишком жаркий денёк посреди парка. Какой-нибудь простой офисный сотрудник или же выбивший пару дней или даже неделю отпуска полицейский, ну или кто-то вроде, кто идёт по улице буднично, но в то же время искренне улыбаясь, оглядывая жизнь вокруг себя и, возможно, насвистывая песенку или слушая что-то в наушниках. Вариантов — миллионы.
Но это никак не вписывается в то, что ты ожидаешь от человека, идущего в центре филиала Ада на Земле, что развернулся в когда-то оживленном городе. Если, конечно, сей Ад не есть лишь его и только его личная заслуга.
