Мы являли собой странное зрелище для всех, кто видел нас со стены или с поля перед крепостью. Голый, залитый, кровью воин с крыльями вел тоже голого человека, таща его на веревке. Когда он падал, я тянул его, пока он не поднимался снова. Мне было нелегко сдержаться и не покалечить его. Я раздел и связал его, потом мой клинок завис над тем оружием, которым он убил несчастного ребенка. Как это часто бывает с подобными негодяями, храбрость быстро покинула его, он хныкал, умолял, рыдал. Жалость не остановила бы мой меч, но дело было слишком важным, я хотел, чтобы Александр сказал свое слово.
И я пинками гнал Бодана по дороге к настоящему судье. К тому времени как мы подошли к воротам, собралась огромная толпа, здесь был и Александр, и лорды Беки. Я коснулся ногами земли, заставив Бодана встать на колени, а потом сунул веревку озадаченному лорду Серегу, четвертому лорду Беков, с которым Александр встретился в Танжире. Потом я передал Александру шарф Рыжек и окровавленную серьгу, вырванную из уха Бодана.
— Что с тобой, Сейонн? — спросил принц, вглядываясь в мое лицо. — Что все это значит?
Ничего не говоря, я поднялся в воздух, кружась над принцем и его пленником. Не получив от меня ответа, принц посмотрел на те предметы, которые я вручил ему. Он коснулся серьги, и я увидел, что он все понял. Он сжал серьгу в кулаке, потряс им и издал леденящий кровь победный вопль. Я не стал дожидаться его приговора, веря, что он поступит мудро… мудрее меня. Кроме того, у меня оставались другие дела. Я вернулся на поле битвы.
Феид находился рядом со своим отцом, королем, пока король тот разговаривал с воинами, здоровыми и ранеными и выслушивал рассказы каждого о том, как он вел себя в бою. Он обошел всех раненых, подбодрил каждого, выражая надежду, что в следующий раз все будут сильнее и храбрее и выйдут из боя без всяких потерь. Когда отец и сын двинулись к тем, кто готовил тела павших к погребению, я приземлился и вежливо поклонился Маруфу.
— Приветствую тебя, благороднейший лорд Сейонн, — ответил сузейниец, низко кланяясь, его глаза горели от восторга. — Чем могу служить тебе?
Я не ответил, а только кивнул на Феида.
— Досточтимый отец, — заговорил юноша, — господину Сейонну нужны мои услуги. Могу ли я оставить тебя и пойти с ним?
— Конечно. Разумеется. Я рад тому, что моего сына выбрал любимец богов. — Король поглядывал по сторонам, пока его воины подтягивались ближе, чтобы лучше видеть и слышать. Он заговорил громче: — Святой воин, ты прославил Дом Сабона и вновь зажег пламя славы Сузы, избрав одного из нас себе в помощники. Как долго мы…
— Лошадей, — пробормотал я Феиду. Молодой человек ушел, а я еще некоторое время выслушивал цветистые речи старика. Меня снедало нетерпение, но я слушал внимательно. Это все, что я мог сделать для народа, который за несколько столетий измельчал настолько, что превратился в пародию на самого себя. Однако пока Маруф говорил, все воины выпрямлялись и расправляли плечи.
Когда Феид вернулся верхом, ведя за собой еще одну лошадь, я молча поклонился Маруфу и небольшой толпе, которая нас окружила. Потом я поймал ветер и поднялся над землей, указывая Феиду, чтобы он ехал за мной. Мне показалось, что если я прямо сейчас превращусь в простого человека, то сильно разочарую сузейнийцев. Хотя так было очень неудобно разговаривать, я решил пока что лететь.
— Мне нужно попасть в Зиф-Акер, — сказал я, сверху вниз обращаясь к Феиду. — Отведи меня туда.
— Поезжай в селение и расскажи всем, как прошла вылазка, — сказал я, приваливаясь к пыльному стволу лимонного дерева и глядя вниз на Зиф-Акер, небольшую сухую долину на юге Азахстана, которую Блез выбрал в качестве нового укрытия. Превращение в человека было большой ошибкой. Бок нестерпимо болел, все кости налились свинцом. Одежда казалась жесткой и грубой. — Не спеши. Ты уверен, что это та палатка, третья с конца?
— Уверен. А что мне делать, когда я расскажу о нашей победе? — Лицо Феида выражало решимость, хотя он с трудом сошел с лошади и несколько раз едва не выпал из седла, пока мы спускались по крутому склону к лимонной рощице, единственному, что напоминало здесь Таине-Кеддар или Таине-Хорет. Он тоже очень устал.
— Отправляйся спать, — ответил я. — Ты сделал немало сегодня.
— Когда я завтра проснусь, вас здесь не будет? Я дружески коснулся его широкого плеча.
— Только некоторое время. Береги себя, и я приду, когда снова понадоблюсь вам.
— Я ничего не понимаю в магии, только вижу этот странный способ путешествовать, которым пользуется Блез и некоторые другие. Вы можете мне объяснить?
— Нет, — ответил я, взглянув на суетящиеся внизу крошечные фигурки. — Лучше не надо. Но не думай, что ты обделен талантами. Без тебя я бы не смог обойтись, а разве не это главное?
— Служить вам — честь для меня, лорд Сейонн, большего я и не желаю. — Его шаги затихли, он ушел за камень, где ждала его лошадь.
