Ввиду того, что все материальные приобретения оплачивались по безналичному расчёту, заведующий отделом культуры был не у дел. Теперь же за казённую мелочь надо было платить «наличкой». Тут-то Николай Маркович, будучи распорядителем бюджета районного отдела культуры, проявил себя строжайшим радетелем государственной казны. Он то и дело придирался по поводу дороговизны того или иного приобретения, по поводу необходимости этого приобретения, по причине этого или иного приобретения не в Барабинске, а в Новосибирске. И т.д. и т.п. До поры я терпел все эти несуразные придирки, и они мало отражались на ходе приобретения всего необходимого, но, когда Николай Маркович положил «под сукно» мою денежную заявку на приобретение 2-х напольных пюпитров и одного метронома, моё терпение истощилось. Я был молод, горяч, и подумал: а не пойти ли к председателю Райисполкома, да и отказаться от должности директора этой открывающейся Здвинской детской музыкальной школы.
Однако перед тем, как приступить к приобретению данного оборудования, я поместил в районную газету «Путь к коммунизму» объявление о наборе учащихся открывающейся детской музыкальной школы. Более того, назначил приёмные прослушивания детей на 20-е августа 1966 года. Следует отметить, что, когда я это объявление подал редактору газеты Буторину Александру Владимировичу, он прямо-таки с неприкрытой радостью воскликнул:
– Вот это здорово! А ведь моя дочь училась по классу фортепиано и уже перешла в 5-й класс! Поэтому я и согласился принять направление в Здвинск. Да и не только я, но и другие, прибывшие из районов, в которых дети учились в музыкальных школах, тоже будут рады.
Эти уверения редактора газеты и заявления, которые лежали на столе, и напутствия Николая Романовича, пробудили во мне твёрдое желание воскликнуть: «Нет! Караван должен идти!» Провозгласил себе я это и, теперь уже не просто, но с настырностью, стал продолжать своё дело.
До 20-го августа оставалось всего несколько дней, а из Областного Управления культуры о преподавателях никакого сообщения не было, и я, утренним рейсом АНТ, вылетел в Новосибирск. В Управлении культуры меня принял Николай Романович. Он расспросил меня о результатах работ, произведённых в школе и о её готовности к началу учебного года. Когда я закончил свой отчёт, Николай Романович поведал мне о том, что Виктор Георгиевич доволен моею деятельностью и её продуктивностью.
– Что же касается контингента учащихся и преподавателей, – продолжил он, – обратитесь в отдел образования.
Сказав это, он поднялся и, пожимая мне руку, произнёс:
– Желаю Вам, Геннадий Тихонович, доброго начала, до свидания.
– До свидания, Николай Романович! – ответил я и, с глубочайшим удовлетворением в глубине своей души, вышел из кабинета начальника Областного Управления культуры.
Расспросив меня о состоянии подготовки школы к началу учебного процесса, заведующая отделом образования, Олимпиада Владимировна, порекомендовала мне, во-первых, контингент учащихся набрать не более 50 учеников.
Во-вторых, учредить не более двух классов: класс фортепиано и класс баяна.
В-третьих, учащиеся класса фортепиано не должны быть моложе 2-х или даже 3-х классов, а учащиеся класса баяна – не моложе третьего класса общеобразовательной школы. Во всех сельских школах, добавила она, эти условия обязательно выполнялись. Помолчав, она продолжила:
– Теперь о преподавателях: преподавателем класса баяна может быть выпускник культпросвет училища Анатолий Андреевич Киселёв. Это баянист Здвинского Дома культуры. Вопрос о его назначении Вы можете решить с местным руководством района. А вот класс фортепиано придётся вести Вам. Вследствие того, что в музыкальном училище Вы прошли полный курс общего фортепиано, на первых порах вести его сможете.
С этим я в этот же день вернулся в Здвинск.
На следующий день я снова в кабинете Карпова. Сообщив ему о встрече с Николаем Романовичем, я подробно пересказал содержание беседы с заведующей отделом образования Олимпиадой Владимировной. По окончании моей информации, Виктор Георгиевич попросил секретаршу вызвать к нему заведующего отделом культуры Хмелёва Н. М. Минут через десять он был уже в кабинете. Карпов, зная о том, что в Доме культуры пока большой работы в сфере художественной самодеятельности не ведётся, приказал ему оформить Киселёва на должность преподавателя музыкальной школы. Мне же сказал:
– При необходимости Вы будете отпускать Киселёва в РДК (районный Дом культуры).
По сути дела, оформление Здвинской музыкальной школы было завершено, и она обрела статус государственного учебного заведения! Буквально через полчаса я направился в РДК. Признаться, до сих пор, в связи с занятостью, мне не приходилось побывать в этом очаге культуры. Теперь же ввиду того, что ни Барковского, который был директором этого очага, ни Киселёва на месте не было, я спросил у технички:
– Где они могут быть?
Техничка со знанием дела ответила:
– Их вызвал Хмелёв. Подождите… Они скоро придут.
