Райзен поднял голову, чтобы посмотреть на своего очень даже живого принца. От шока он, должно быть, ослабил хватку, потому что его руки, держащие Трезубец, задрожали, и он почти выпустил его.
И вот когда воины Райзена начали приходить в себя и стали подниматься с тех мест, куда они пали во время первой разрушительной волны, Вэн, Джастис и остальные прошли через окна здания и черный ход. Окружая комнату.
Райзен стоял и таращился.
— Конлан! Как ты остался жив спустя семь лет?
Конлан шагнул к нему, в его чертах виднелась угроза, а во всех линиях тела — королевский приказ.
— Ох, мы поговорим, микениан. Или скорее, я буду говорить, а ты — слушать. Ну, а сейчас ты вернешь Трезубец жрецу Посейдона.
Райзен поднял сияющий предмет в воздух.
— Я так не думаю. Мы решили, что Атлантида пойдет по новому пути. Даже если ты не испорчен столькими годами, проведенными у Анубизы, ты застрял в прошлом. Я — путь в будущее. И поэтому я непобедим.
Аларик притянул элементы, сформировал шар сияющей силы и швырнул его в Райзена. Трезубец отразил только часть его удара, и эта энергетическая сфера своей силой заставила Райзена отступить на несколько шагов. Воины Микен вокруг него достали оружие и стали приближатся.
Конлан посмотрел на Аларика и кивнул.
— Давайте поиграем.
Райли смотрела в красные, ослепляющие глаза вампира, чьи руки сжимали ее горло. Она слышала голоса, звуки битвы. Денал и Бреннан выкрикивали слова
И казалось, что все происходило, как при замедленной съемке.
И она могла сосредоточиться только на капле слюны, которая появилась в уголке рта вампира, который ее убивал. Как он оттянул губы с пожелтевших и разбитых клыков, и отклонил голову назад, чтобы ударить.
Она умрет в клыках вампира с плохими зубами.
Отчаяние дало ей силы. Она резко подняла руки, потом вырвала их в тактике, которой она научилась, чтобы разрывать хватку нападающего.
Разумеется, это срабатывало с теми нападающими, которые были не в состоянии поднять ее дом одной левой, как этот треклятый вампир.
Но все же, это заставило его ослабить хватку на долю секунды. Для нее этого оказалось достаточно, чтобы ударить его коленом в пах, раздумывая, есть ли у вампиров яички.
Ужасный крик поведал ей, что ответ положительный.
Она вывернулась из-под кричащего существа, и закричала сама. Сокрушая ночь душераздирающим, бессмысленным криком.
Посылая свои мысли и страх Конлану, намного сильнее, чем когда-либо прежде.
Она застыла на секунду, охваченная ужасом.
Она схватила зонтик, который невероятным образом всё еще стоял у двери чулана, и побежала к тем четырем вампирам, которые напали на Денала.
— Уберите свои вшивые руки от моего друга! — закричала она, когда Денад проткнул грудную клетку одного из вампиров мечом. Должно быть, он задел его сердце, потому что вампир взорвался в отвратительном беспорядке крови и костей на ковер.
И Райли заставила себя пробежать через это, нацеливая острый край зонтика на другого вампира, хотя это месиво начало растворяться.
Бреннан крикнул ей из угла, где он сражался еще с тремя. Он должно быть уже убил нескольких, потому что, когда они ворвались в дом, их было намного больше семи.
— Райли! Тот, кто напал на тебя! Тебе надо обезглавить его!
Она застыла, посмотрела на Денала, потом на Бреннана, потом снова на вампира, который теперь пытался встать.
— Гребанным зонтиком? — закричала она.
— За тобой! Чулан!
Она рывком открыла дверь чулана и обнаружила комнату, полную оружия.
— Что…
Она схватила самое близжайшее оружие, что-то похожее на боевой топор из старого фильма.
— Какого черта. Я всегда мечтала побыть викингом.
— Райли! Сейчас же!
Она развернулась, вздрогнула и выставила топор перед собой.
И срезала верхушку головы вампира, который подкрадывался к ней сзади. Кровь и мозги вылетели из его черепа, укутывая засохшей кровью ее ноги и ботинки.
Что лишило ее остатком здравого смысла.
— На моих ногах мозги! — вскрикнула она, рубя и разрезая умирающего вампира, одним ударом сорвав его голову с плеч.
— Я не могу выдержать это! Я. Не. Могу. Выдержать. Это.
Она выбежала из комнаты, поскользнулась на крови и мозгах на полу и едва не упала, рыдая от ужаса и просто скачущего адреналина.
Подбежала к вампирам, окружившим Денала, все еще размахивая и рубя топором.
— Нет, нет, нет! Оставьте его в покое! — рыдала она, кричала, ревела. Бессмысленно. Безразлично.
Для здравого смысла время было неподходящим.
— На моих ногах мозги! Я — социальный работник! Я разрежу твою голову на три части!
