— А теперь оставь меня! Когда будешь готов присоединиться к осаде, поговори с Железным Маршалом, однако не тяни долго, мы выступаем сразу как подготовимся! — Маршал кивнула Мирославу и покинула палатку, недолго думая отряд Вершителя также покинул её.
— Как же я счастлив, что запечатлел битву Архонтов! — Радостно сказал Лантри, с безумной скоростью записывая каждую деталь произошедшего.
— Предлагаю отдохнуть в лагере, думаю его лучше не покидать некоторое время хехе. — Сказал Вершитель.
— Фуга, тебе лучше далеко не отходить от меня. — Новость о войне с Алым Хором уже разошлась, и многие солдаты угрожающе посматривали на неё.
— Почему ты заступился за меня? Ты же знаешь, Нерат использовал меня как шпиона. — С сомненьем в голосе сказала девушка.
— Что он хотел знать?
— Он никогда мне не говори. Просто велел следить за тобой, ему даже спрашивать ничего не нужно, он просто украдет мой разум и изучит всё, что в нем есть. — Подумав об этом девушке поплохело, обычно после этой процедуры люди становятся умственно отсталыми…
— Ты следуешь за мной из-за его приказа?
— Следовала… однако у тебя настолько бронированные яйца, что ты с улыбкой на лице можешь взбесить сразу двух архонтов и при этом спокойно уйти! Если ты не достоин того, чтобы я следовала за тобой, то в этом мире нет таких людей.
— Полностью поддерживаю! За эти несколько дней я накопил столько редчайшего материала, узнав о котором мои коллеги книгочеи рвали бы волосы! — Добавил Лантри.
— Ты просто делала свою работу. Всё в порядке.
— Хорошо… я благодарна, что мы не стали раздувать эту проблему и тратить время на то, чтобы задаваться вопросом, сможем ли мы когда-нибудь доверять друг другу снова. Честно… это прямо-таки освежает… — Выдохнула Фуга и улыбнулась. Починив своё снаряжение, отряд пришел к выделенным им палаткам.
— Ого! Да это прям царские хоромы. — Ахнула Фуга, увидев 4 больших палатки. В каждой была кровать, стол и даже ночной горшок!
— Похоже Опальные высоко ценят заслуги Вершителя. — Прокомментировал Лантри.
— Хех, ладно, выбирайте себе палатки и отдыхайте. Завтра у нас будет решающая битва. — Отряд разошёлся по своим палаткам, оставили там свой багаж и каждый занялся своими делами.
Лантри сидя на солнышке что-то записывал в свои пергаменты, Барик занимался обслуживанием своего доспеха, смазывался маслом и чистил ржавый налёт.
— А эти всё не натренируются, перед смертью лучше отдыхать и наслаждаться жизнью… — Фыркнула Фуга, искренне не понимающая солдат опальных.
— Не будь пессимистичной, ты не веришь в нашу победу? — Мирослав взглянул в хмурое лицо девушки, уже некоторое время её что-то беспокоит и это было очень заметно.
— Не особо верю, скорее всего Хор и Опальные передерутся между собой, а клятвопреступники просто добьют нас.
— Не нас, а их. Думаешь я бы стал ввязываться в бой, в котором я не смогу победить? — Мирослав взглянул на озадаченную спутницу и хитро улыбнулся, вскоре улыбнулась и Фуга.
— Нет, но…
— Ты сильна как десять человек, защиту Барика разве что архонт пробьет, даже от Лантри иногда бывает польза в бою…
— Я всё слышу если что. — Невозмутимо сказал Лантри, продолжая что-то записывать в пергамент.
— А ты? — Сказала Фуга, смотря в глаза Мирослава.
— А я главный герой этой истории, потому я всех сильнее и не могу погибнуть! — Гордо заявил Мирослав, вызвал дикий хохот Фуги.
День прошел в спокойной атмосфере, отряд хорошо отдохнул, а вечером был пир на весь лагерь. Когда уже весь лагерь спал, а бодрствовали лишь часовые, в палатку Вершителя прокрался силуэт.
— Не можешь заснуть перед битвой? — Раздался сонный голос Мирослава.
— Замолчи я не боюсь смерти в бою! — Раздался тихий, но смущенный голос девушки.
— Я знаю, но одно дело умереть в бою, а другое дело знать, что скоро неминуемая смерть. Многие переживают по этому поводу, не ты одна. Если нападение не удастся, то всем придется смиренно ждать смерти от эдикта. — Фуга мгновенно помрачнела, слова Мирослава попали в точку.
— Заткнись и поцелуй меня. — Сказала Фуга смущенным голосом и робко закрыла глаза. Мирославу ничего не оставалось как обнять её и страстно поцеловать, а после взял на руки и нежно уложил в кровать.
