Раньше, я думала, что живу для неведомой Высшей цели. А по сути больше половины своего существования, жила для какого-то… Для Декара — который познал теплоту и нежность, раскрывая свои светлые стороны в чужом ребенке. Для Маркуса, пытаясь быть идеальной и совершенной. Ведь жить только для себя — кощунство. Но сейчас в темном безмолвии оглядываюсь назад и понимаю, что устала. И если вернусь, мир не оставит в покое. Вновь и вновь бросая в пучину страстей, проблем, опасностей и боли. Пятясь сломать, уничтожить.
— Милолика, а ты цинична, — спокойно отозвался голос из темноты.
В один миг, уютная темнота пропала. Я ощутила, как под ногами появился холодный каменный пол, а пространство озарилось теплым светом от многочисленных факелов. Знакомый пол из выполированных самоцветов вновь завораживал, железные стены манили своим зеркальным блеском. В дальнем углу безмятежной грудой лежало драконье золото.
— Смотрю, ты жизнелюб и оптимист, — в предвкушении явно непростого разговора, спокойно произнесла я. — Спрятался в пещере, отгородился от всего Мира. И теперь развлекаешься заманиванием неприкаянных женских душ?
Хищные глаза опасно сузились, рождая алчный блеск. Ящер в обличии человека медленно, бесшумно начал приближаться. В каждом его движении было величественное спокойствие и звериная безмятежность.
Вы когда-нибудь, задумывались, почему все не любят змей? Ведь кажется, что страх и отвращение перед пресмыкающимися заложен в нашей крови. Это и неудивительно, ведь если подобный хищник выбрал тебя своей жертвой, шансы на спасение ничтожно малы.
— Чем обязана Люциан, столь неожиданной встрече?
Мужчина застыл в двух шагах от меня. Пытливый, оценивающий взгляд, медных глаз с зеленым вертикальным зрачком скользнул по всему телу. Ящер был все также великолепно неотразим, как и в прошлую нашу встречу. Широкие светлые штаны и свободная распахнутая рубаха, не скрывали всей прелести хищного тела. Казалось, что подобным комплектом он обзавелся лишь для того, чтобы не смущать меня при разговоре.
Люциан, будто сверкал и переливался, подражая своему любимому металлу. Золотые отблески играли на высоком мускулистом теле. Казалось, что кожа, волосы были отлиты из драгоценного сплава.
— Я не устаю удивляться тебе Милолика, — не отрывая от меня взора, мирно заявил ящер.
— Есть конкретные претензии? — я решила сразу обозначить приоритеты. — Или в общем моя жизнь не устраивает?
Играючи, словно подбирая удобное для себя положение, дракон обошел меня по кругу:
— Я наблюдаю за тобой с момента рождения, — прицениваясь как к дорогой игрушке, промурлыкал змей. — Не спорю, Судьба тебя не баловала, но и не обделяла своим вниманием. Любящие, заботливые родители. Души не чающий, искренне обожающий Декар. Боготворящий и надежный Маркус. Верный и преданный Алекс. Ответственный и понимающий Дерек…
— Не много ли для самолюбивой и меркантильной демоницы? — не понимая к чему клонит дракон, спросила я.
— Лика я не пытаюсь обвинить тебя во всей бедах. Я призываю, взглянуть на свою жизнь под иным углом.
Меня кране не радовал подтекст начавшейся беседы. Вот только понять, чем грозит, дальнейшие детальное рассмотрение моей жизни, я пока не могла.
— На чьей ты стороне Люциан? — я решила прекратить философские изыскания и перейти к основному вопросу.
— Победителя, — закономерно заключил ящер.
— Смотрю, а эгоистические замашки притягивают единомышленников, — в тон дракону произнесла я.
— Лика как ты не поймешь, начавшиеся игра намного масштабнее, чем тебе приставляется. Ты не дорожишь подарками, дарованными тебе Судьбой. Ты не борешься, за то, что тебе ниспослали, — спокойно проговорил дракон, внимательно следя за моей реакцией. — Подумай, была ли ты вознаграждена, когда пыталась спасти Декара? Просто так тебе удалось предотвратить неминуемою гибель Маркуса, вернуть к жизни Каина? Лика вся жизнь борьба. Как бы нам не хотелось, мы не имеем права отступать, жалуясь, что нам тяжело и мы устали. Слишком многое и слишком многие зависимы от наших решений. Как ты думаешь, почему Судьба, именно на тебя возложила тяжелое бремя?
— Издевка, — скептически заключила я.
— Нет, милая ты была рождена, чтобы возродить равновесие. Исполнить предназначение Судьбы, — жестким тоном изрек дракон. — Подумай, как бы ты не отстранялась, не отгораживалась, каждый, кто сталкивается с тобой, впоследствии хочет стать лучше. В каждом помимо воли возрождается свет, и надежда… Вспомни, когда-то беспощадного Декара, жестокого и холодного Маркуса, надменного Дерека. Или наемника — убийцу, который смерено, поселился рядом с тобой в роли обычного прислужника. Какими они стали сейчас?
— К чему все эти красивые слова? — выстраивая в голове далеко не радужную картинку, спросила я дракона. — У тебя ведь есть конкретное послание. Так не проще озвучить требования?
