- Арджит’, - отрапортовал Итачи и задумался. Откуда малыш знает своё имя? Может, в яйце придумывает? Или мать нарекла, когда он ещё в яйце сидел? Они же, наверняка, могут общаться между собой ментально.
- А тебя как зовут?
- Итачи, - так же ровно и коротко.
Мальчуган тут же принялся на манер девушки коверкать его имя:
- Ит’чи… И’чи… И’та… ну и имя у тебя!
- Обычное имя, - пожал плечами Итачи, - а тебя-то как зовут?
Маленький Саске.
- Фелессан. Мои родители – Лесса и Ф’лар, предводители Вейра, - с гордостью отчитался тот, - когда я подрасту, я тоже запечатлю бронзового дракона. И стану предводителем Вейра. А ты хочешь им стать? - подвинулся поближе и уселся на кровать рядом с Итачи.
- Я не из этих краёв, - сразу разграничил последний, - пока точно не знаю, чем занимается предводитель.
- Как чем! - воскликнул Фелессан, - руководит Вейром, ведёт драконов в бой, принимает важные решения. Ф’лара, между прочим, весь Перн слушает.
- Известный у тебя отец, - Итачи хотел подарить мальчику улыбку, но не вышло. Отныне все тёплые чувства принадлежали только Арджит’у.
- Да! Он велел мне привести тебя в королевский вейр, - подскочил Фелессан. Энергичный…
- Я не могу оставить Арджит’а.
- Он ещё долго не проснётся. Рамот’а будет за ним следить – и ты сразу узнаешь, что с твоим драконом.
Рамот’а – большой золотой дракон. Итачи запомнил эту кличку.
Необходимо переступить через желания и поступать правильно. Так всегда было. Постоянно от Итачи требовали примерных поступков, выделяли из остальных, не позволяли быть просто мальчишкой. А теперь детство никогда не вернётся. Поздно… Он их убил… хладнокровно, стремительно, жестоко…
- Идём. Покажи мне дорогу, - решительно поднялся Итачи.
Фелессан с готовностью проследовал наружу. Уже вечерело, закатное солнце спряталось за высокими бортиками кратера. Народу не стало меньше. Время от времени раздавался трубный клич дракона. Ему вторил второй, третий… Впечатление, будто так и протекала жизнь каждый день. Так всадники и драконы встречали каждый рассвет, каждый закат… загорались огни. Ребята заливали в светильники масло, освещая медленно погружающееся во мрак логово крылатых исполинов. Огонь изрядно подкоптил стеклянные колпаки фонарей. Отец давно бы уже высказал своё мнение о небрежности. Но теперь он никогда ничего не выскажет…
Они миновали дно чаши и направились к вырубленным в камне ступеням. Это на какой же ярус подниматься? Нет, дли шиноби ничего сложного не предвидится, но лишняя минута вдали от Арджит’а… Очень странное ощущение. Вот и мысли глупые. Ну куда денется его бронзовый кроха? Или он всего лишь заменил потерянное? Почему так сложно отбросить мысли о нём?
Королевский вейр был огромен. На карнизе перед входом сидел здоровенный бронзовый дракон, несколько больше, чем остальные драконы, не считая, пожалуй, золотого. Глаза твари сверкали зелёным огнём. Он взглянул на гостей и приветственно заворчал.
- Это Мнемент’, дракон Ф’лара, - представил Фелессан.
Королевский вейр… Возможно, этот дракон – король, если Ф’лар всего лишь предводитель.
Итачи пристально взглянул Мнемент’у прямо в глаза. Красивые… Будто он хочет что-то сказать. Невольно Итачи задержался возле гиганта. Мимолётная смена зрачка на шаринган позволила уловить отголосок мысленной беседы. Бронзовый король с кем-то говорил.
И снова глаза Итачи стали чёрными. Фелессан ушёл. И, как оказалось, королевским вейр назывался вовсе не из-за примостившегося крупного бронзового. Апартаменты принадлежали золотой Рамот’е. Королева – она. И она встретила позднего гостя угрожающим рычанием. Снова совершенно машинально Итачи ответил на угрозу шаринганом и готовностью отскочить в сторону, а затем атаковать каким-нибудь мощным дзюцу. Он «увидел» речь золотого дракона.
«Если он попытается подойти ко мне, я научу его проявлять уважение», - кому-то сказала Рамот’а.
- Прости, - очень тихо молвил Итачи, - я не знал. Ты имеешь полное право сердиться на меня.
Дракон приблизил голову, нависая над юношей. Наверно, ей тоже любопытно. Итачи почуял, как себя вести правильно. Склонил голову в почтительном кивке, адресовывая его золотой.
- В чём дело? Рамот’а, - из-за портьеры вышла та самая маленькая женщина. Каков контраст: громадный зверь, и хрупкая стройная леди.
Шаринган исчез из глаз Итачи. Он смело смотрел в глаза хозяйки вейра. Рамот’а – её дракон, сомнений нет.
- Ты слышишь других драконов? - строго спросила женщина.
- Кто тут слышит других драконов? - из глубины вейра вышел тот самый мужчина, который сперва пытался увести Итачи с горячего песка площадки Рождений, а потом подтолкнул к дракончику, в объятия взаимной любви и преданности. Очень похож чертами на Ф’нора. Возможно, они братья. Вскоре явился и названный.
- А я говорил, что он полон сюрпризов, - Ф’нор задорно подмигнул новичку, будто приглашая стать соучастником.
Рамот’а снова заворчала, но теперь избавилась от остатков гнева.
- Ты слышал? - спросила женщина, не избавившись от своей строгости.
- Нет, - покачал головой Итачи.
- Совсем мальчишку запутали, - снова выручил всадник коричневого дракона.
