Да, именно так и не иначе. Прости, Маша, но моя жизнь мне ценнее твоей невинности, как бы ни цинично это не прозвучало.
— Я разочарована, видя, как ты опустился! И во что превратился! — продолжая обвинять меня, Маша снова приблизилась и села на подлокотник. Руку положила мне на предплечье. Не понял юмора…
— Ну раз разочарованна, что ты до сих пор здесь делаешь? — заметил я и в очередной показал пальцем. — Выход там.
Сколько раз мне ещё придётся это повторить? Не понимаю, почему Маша себя так ведёт? Почему не убегает? Ведь именно свободы она и хотела совсем недавно.
— Но у тебя есть возможность искупить свой грех передо мной… — чуть тише произнесла девушка.
— Чего? — от волнения мысли в моей голове начали ворочаться как–то медленнее, чем обычно. Блин… соберись, тряпка!
— Возьми меня с собой… — совсем тихо прошептала она, глядя мне в глаза. — В прекрасный новый мир. Используй мою кровь для ритуала. Прямо сейчас.
Мне показалось, что я ослышался.
— Ты же не девственница, — напомнил ей я. — Ничего не выйдет.
— Я девственница, — призналась она. Но щёчки её снова чуток запунцовели. — Я никогда не занималась сексом. Ни в какой форме.
— Но… — я впервые растерялся и начал нести какую–то чушь: — Факт девственности в домашних условиях проверить невозможно! Полагаю, даже гинеколог одним лишь визуальным осмотром не подтвердит, ему нужно как минимум…
— Ты дурак! — воскликнула она, не выдержав. Её щёки снова пылали. — Дурак!
Она внезапно прильнула ко мне и… крепко поцеловала в губы!
Полагаю, моё лицо сейчас выглядит так, словно от него вот–вот повалит пар. Поцелуй… мне очень понравился. В конце концов это был первый раз, когда я целовался с девушкой.
Нежные прикосновения её губ и языка полностью развеяли любые мои мысли. Аромат духов и запах волос кружили голову. Я отвечал, хотя и немного скованно. Опыта не доставало. А вот Маша действовала куда увереннее. Её ловкий язычок открыл мне много интересных возможностей.
Что ж, она сумела меня удивить… Только вот… Насладившись поцелуем, я взял её за плечи и отстранил. Нельзя расслабляться и терять голову. Раз она не хочет уходить, то пусть поможет мне с Ритуалом. Проведём его вдвоём. Слово Истины не врёт, одноклассница почему–то хочет ввязаться со мной в авантюру!
Маша смотрела на меня с покорным ожиданием, на дне её глаз блестели звёзды. Нет уж, я не позволю собой так просто манипулировать. Хотя и очень хочется поддаться этим милым глазкам.
— Давай не будем гнать коней. Хорошо, я тебя возьму… с собой возьму, — сказал я, стараясь побыстрее выкинуть внезапный поцелуй из головы. Мне хочется его повторить, должен признать. Но позже. — Можно переродиться и вдвоём, Ритуал это допускает. Да и помощник мне, с учётом моего состояния, будет не лишним. Всегда что–то может пойти не так. Только сначала ответь на вопрос…
— Какой? — Маша смотрела на меня растерянно.
— Почему ты передумала и решила мне довериться? Сатанисту–извращенцу? Только не надо ля–ля про внезапно нахлынувшие чувства и Стокгольмский синдром.
Маша отвела глаза в сторону.
— Я… я бы не хотела говорить. Если можно.
Очень странно. И подозрительно.
— Прости, но я хочу знать правду. Иначе никакого сотрудничества. Почему ты вдруг решила отправиться со мной? Врать бесполезно, ложь я отличу.
Я ничего не понимал в Машином поведении и хотел докопаться до правды. А Маша молчала. Я встал с дивана и повёл плечами, слушая хруст в суставах. Такое ощущение, что мне чего–то не хватает… кальция? Да мне всего не хватает. Всё, что хорошего есть в человеческом организме — всего этого мне не хватает. Не смотря на ежедневный приём лекарств.
Девушка отпиралась недолго.
— Наша семья на самом деле… совсем не благополучная. Она лишь кажется такой. А на самом деле… — произнесла Маша. Каждое слово давалось ей с большим трудом. Она делала паузы после каждого предложения, словно собиралась с силами. — Мой отчим часто избивает маму и меня — так, чтобы синяки не были заметны. А ещё заставляет меня проводить ночи вместе с ним…
— Он что… тебя… — у меня всё это плохо укладывалось в голове. Машкин отчим… очень крупный и влиятельный бизнесмен… занимается такими вещами с несовершеннолетней? Да ещё и с собственной приёмной дочерью? — Ты же сказала, что девственница.
— Нет, не насилует… — тихо произнесла девушка. — Но… делает другие развратные вещи. Мама знает, но делает вид, что всё в порядке. Говорит, что я должна пользоваться возможностью, чтобы обеспечить своё будущее…
Пиздец… какой же пиздец…
— Он сказал, что ждёт моего восемнадцатилетия. И тогда уже заберёт мою девственность…
Вот оно что… получается, Маша живёт в постоянном непрерывном стрессе из–за страха перед отчимом. Этот мудак запугал её настолько, что она готова отправиться со мной в неизвестность, лишь бы подальше от своей «семьи»…
— Я так больше не могу… Он так смотрит на меня, словно зверь… Я боюсь его… Я не хочу… Быть такой как мама!
