— Вы его найдёте? — робко, с вымученной улыбкой проговорила Юна.
— Непременно! — пообещал координатор.
Варсонофий узнал об исчезновении Романа утром. Выслушал сбивчивую речь дочери, пожурил:
— Что же ты ещё вчера не позвонила?
— Прости, папа, не хотела будить, — виновато призналась Юна. — Да и чем ты можешь помочь? Мы ждали Рому всю ночь.
— Кто — мы?
— Алтын и я. Был ещё Олег Харитонович.
— В таком случае тебе нечего беспокоиться, — успокоил Варсонофий дочь. — Они его найдут. Либо он сам найдётся. Я подъеду к тебе через час, привезу чего-нибудь вкусненького.
— Спасибо, пап, у меня всё есть. Алтын тоже обещал принести чего-нибудь вкусного, я попросила валерьянки.
— Ты шутишь, значит, всё обойдётся, жди.
Варсонофий выключил телефон, встретил взгляд жены.
— Роман пропал.
— То есть как это пропал? — не поняла Нина Александровна.
— Дело тёмное, никто ничего толком не знает, я сейчас поеду к ним.
— Я с тобой.
— Не надо, милая, ты не поможешь, а толкаться под ногами у следователей не стоит. Лучше я направлю Юньку к тебе, пока Роман не найдётся.
— Хорошо, — согласилась Нина Александровна покорно.
Собравшись, Варсонофий позвонил водителю, спустился вниз и сел в подъехавшую «Реноладу» шоколадного цвета, принадлежащую гаражу городской администрации.
— На Южный, — бросил он бородатому водителю по имени Коля, имея в виду новый микрорайон Выборга, где жили Волковы.
Утро в этот день выдалось плачущим: моросил мелкий дождик, тучи нависли над крышами домов пухлым сине-фиолетовым покрывалом, предвещая снег. Холодало с каждой минутой. Порывами дул пронзительный ветер. И прохожих на улицах было мало.
Проехали улицу Водной Заставы, Батарейную Гору, порт, дом купца Веркута, особняки на выезде из старого города, повернули налево за памятником красноармейцам, установленным ещё в тысяча девятьсот шестьдесят первом году.
Внезапно по спине пробежал холодок.
— Притормози, — очнулся от дум Варсонофий.
— Да мы уже подъезжаем, — сказал Коля.
Варсонофий оглянулся.
В их ряду ехало много автомобилей, но взгляд сразу зацепился за белый свадебный лимузин, державшийся почти вплотную. Вспомнилось, что лимузин повстречался им ещё в центре города.
— Гони!
— То стой, то гони, — недовольно проворчал Коля, находившийся с утра в плохом настроении, пошутил: — Медведя увидел?
— Волка, — сквозь зубы процедил Варсонофий, доставая телефон. — Спирин, ты где?
— На месте, — отозвался командир выборгского оперативного отделения Ё-службы.
— За мной увязался белый лимузин с колечками, номер триста тридцать три. Держится как привязанный.
В отличие от водителя майор шутить не стал.
— Маршрут?
— Мы на Протасова, сворачиваем на вторую Парковую.
— Езжайте медленнее, минут через десять мы подхватим вас за мостом, у башни Финпрома.
— Хорошо. — Варсонофий снова оглянулся, ища глазами свадебное авто.
— Что случилось? — поинтересовался Коля, поглядывая в зеркало заднего обзора. — Чем вам этот катафалк не понравился?
— Держись за тем рыдваном, — указал модератор «Триэн» на ржавую «жигулёвскую» «девятку», готовую вот-вот развалиться на части.
— Надо же, на чем люди ездят, — хмыкнул Коля. — «Девятке» лет двадцать, наверно.
— Не отвлекайся.
— Да что случилось, Ипатьевич? Хочешь, мы мигом проскочим, я тут все проезды знаю.
— Не торопись, нас встретят.
Однако дождаться группы сопровождения они не успели.
«Ренолада» подъехала к светофору, двинулась по стрелке налево, собираясь развернуться на пятачке возле нового дома с аптекой на первом этаже, и в этот момент дорогу ей перекрыла красно-оранжевая поливальная машина.
Коля среагировал быстрее, чем можно было предполагать.
«Ренолада» вильнула влево, на встречную полосу, затем вправо, уклоняясь от несущегося мусоровоза, подалась ещё правее, задела крылом поливалку и выскочила передними колёсами на бордюр. Поэтому лимузин, следовавший за ней, не смог перекрыть ей выезд на тротуар, он был слишком длинный, громоздкий и неспешный.
— Гады! — выругался Коля. — Совсем обалдели!
— Гони! — выдохнул Варсонофий, убедившись в серьёзности намерений преследователей.
Машина забуксовала на скользких плитах тротуара: переднее колесо попало в выемку, а заднее уткнулось в бордюр.
Из лимузина выскочили трое мужчин в одинаковых серых плащах. Лиц их в пелене дождя разглядеть не удалось, хотя Варсонофию показалось, что это негры.
Хлопок выстрела был почти не слышен. Однако в боковом стекле образовалась дырка, окружённая сеточкой трещин.
— Твою мать! — изумился Коля.
— Давай! — отшатнулся Варсонофий, чувствуя пульсацию крови в затылке: пуля чудом не попала в голову.
«Ренолада» взревела, выскакивая на тротуар полностью, и выпущенные неизвестными киллерами пули продырявили заднюю дверцу машины.
Раздались крики: редкие прохожие старались увернуться от бешеной «Лады», вилявшей то вправо, то влево.
Разлетелось заднее стекло. Ещё две пули принял на себя багажник.
Машина вильнула в последний раз и врезалась в дерево на тротуаре.
Конец! — трезво подумал Варсонофий, судорожно пытаясь открыть заклинившуюся дверь.
— Вылезай, беги!
