– Вы сделались поэтом? – поразилась я. – Такие сравнения…
– Вполне банальное и порядком заезженное сравнение, – ответил капитан и поднялся. – Всего доброго. Надеюсь, если у вас появятся новости…
– Я непременно с вами поделюсь, – кивнула я. – Всего доброго, Лауринь.
Он ушел, а я посидела еще немного в уютном тепле ойфаны, расправляясь со второй чашкой. Да, пожалуй, так и я сделаюсь любительницей заморского напитка…
– Любезная, сколько с меня причитается? – поймала я спешащую мимо Шихху.
– Господин уже расплатился, – удивленно ответила она.
– Ах вот оно что, – только и сказала я.
Лауринь в своём репертуаре… Но, улыбнулась я про себя, пусть я не выручила за это дело ни рисса, зато сэкономила на ойфе!
Скучать больше не приходилось, клиенты пошли один за другим. На этот раз ко мне обратился солидный купец по имени Урай Таной, хорошо известный в столице. Сам он был родом откуда-то с юга (уж начнет везти на южан да купцов, не остановишь!), его внешность никого не смогла бы обмануть: не очень высокий, но крупный, солидный, с резкими чертами смуглого лица, густобровый, с черной бородой – в ней едва-едва показались серебристые нити, несмотря на солидный возраст владельца, – и пронзительными темными глазами. Деловая хватка Таноя была такова, что конкурентов у него вскоре после его появления в Арастене осталось ровно столько, сколько требовалось, чтобы не давать ему скучать. Таной забрал в свои руки изрядную часть торговли дорогими тканями, сукном, получал королевские заказы и дело поставил на широкую ногу. Однако же знал меру и цены чересчур не задирал, прекрасно понимая, что желающих подсидеть его найдется масса, а начни он слишком уж наглеть, способ подвинуть его с пьедестала найдется. Уж желающих занять его место хватало! Тот же покойный любитель ойфа, к примеру… вернее, его вдова.
Признаться, я ожидала, что Таной явился ко мне с каким-нибудь финансовым делом: ну, подручные воровать из выручки начали или товара недосчитался, но купец меня удивил.
Покончив с приветствиями – а длилось это довольно долго, хоть Таной и жил в Арастене, южные привычки не оставил, и многих это раздражало, – мы поговорили о ценах на контрабандный каррис, на хорошую орту, на лошадей и многое другое, а затем он перешел, наконец, к делу.
– Вы, должно быть, слыхали, госпожа Нарен, – произнес он звучным баритоном, поглаживая бороду. На коротких толстых пальцах сверкнули перстни – не аляповато-вычурные, какие любят многие скоробогатые люди, а действительно дорогие, ими не погнушался бы и какой-нибудь нейр. Да что там, у многих нейров и денег бы не хватило на такие драгоценности! – Пожары в городе все чаще и чаще…
– Конечно, слышала, – ответила я, насторожившись. Не так давно вспоминала об этом, наблюдая очередной дымный столб в небе. Но я рассчитывала, что в случае чего ко мне обратится майор Горт, а не купец…
– Так вот, – сказал Таной, пристально глядя на меня. Я невольно вспомнила деда: у него точно такие же непроницаемые черные глаза, да и у меня самой тоже. Что значит кровь! Которое поколение, а наследие рабыни-южанки, начинательницы нашего рода, дает о себе знать. – Оно бы ладно, зимой часто полыхает, да только, госпожа Нарен, у меня три склада сгорело!
– Предполагаете чей-то злой умысел? – спросила я. А что, логично! Конкурировать с Таноем на равных мало кто способен, а вот напакостить ему по мелочи – самое милое дело!
– Очень даже предполагаю, – кивнул он.
– И есть кто-нибудь на примете?
– Да на примете у меня половина Арастена, – нахмурился Таной. – Что толку? Доказательства нужны!
– Ваша правда, – пробормотала я. – Значит, вы желаете, чтобы я эти доказательства поискала, верно? А отчего обратились ко мне, а не в сыскное?
– Ну, если в сыскном что и накопают, – степенно отвечал Таной, – так тяжба начнется, то да сё. Мне это вовсе ни к чему, чтобы мое имя трепали. А так… я с виновником по-свойски разберусь. Это во-первых.
Я молчала, понимая, что до «во-вторых» обстоятельный купец скоро доберется, и угадала, конечно.
– Ну а что до прочего, – произнес он, – есть у меня подозрение, госпожа Нарен, что нечисто в этом деле.
– В каком смысле? – заинтересовалась я.
– Да ведь у меня склады – не сараи какие-нибудь, – ответил Таной с досадой. – Уж строить – так на совесть! Товар-то дорогой, так надо, чтобы материя хорошо хранилась, ни плесени никакой, ни чего другого… Пускай долго не залеживается, однако ж порядок блюсти надо!
Я внимательно слушала: люблю таких клиентов, сами рассказывают всё, что нужно, не приходится вытаскивать подробности силой!
– Словом, на складах у меня всегда чисто да сухо, – продолжал купец. – А раз сухо, да товар горючий, значит, надо особую опаску иметь, так что у меня и светильники хорошие, искра просто так не упадет, ну и прочее всякое предусмотрено, чтоб не загорелось случайно. Опять же сторожа не в потолок плюют, узнаю, что бездельничают – мигом на улицу вылетят!
Да, похоже, Таной недаром заслужил свою репутацию… Дело у него было поставлено на совесть!
