Кроме того, куда еще он мог пойти? И разве не сюда он направлялся? Его дом уже не такой, каким должен быть: безопасным, вселяющим уверенность. Кэмерон это понимал, но поддался инстинктивному желанию вернуться.
Он заглянул в открытую дверь, попутно слыша похожие на звуки маракасов хлопки закрывающихся дверей на обеих сторонах улицы. Кэмерон подумал о родителях и понял, что должен проверить, как там они, посмотреть, что с ними стало.
Он осторожно вошел в дом, готовый ко всему. Никто на него не прыгал, не бросался, никаких странных звуков тоже не было слышно, но когда он заглянул в гостиную, родителей там не было.
На диване на их месте лежали две коричневые морковки.
Потрясенный, онемевший и растерянный, Кэмерон с трудом дотащился до дивана.
Может, он видел вовсе не два пыльных вихря? Может, это были гигантские морковки?
Тут имелась какая-то связь, но Кэмерон не мог ее понять. Он протянул руку и дотронулся до левой морковки. Под его пальцем она треснула, как дешевый фарфор, и рассыпалась в пыль. В кучке пыли лежал один белый зуб. Зуб его матери. Верхний передний, по форме немного отличавшийся от остальных.
Кэмерон знал, что его принуждают прикоснуться к другой морковке, разбить ее и увидеть внутри что-то от папы, но у него просто не поднималась рука. Он смотрел на зуб, ослепительно-белый среди коричневой пыли, и впервые осознал, что мамы больше нет. Конечно, он уже догадывался, но шок испытал только теперь. Тот факт, что у нее вырвали зуб, что у нее — где бы ни было тело — больше нет переднего зуба, заставил его поверить, что мать убили.
Кэмерон посмотрел на другую морковку.
И отца тоже…
Кто-то позвонил в дверь.
Интересно, что на этот раз? Родители, превратившиеся в троллей? Мертвый Джей, который хочет позвать его на улицу? То существо с торчащими волосами?
Снова звонок.
Собравшись с духом, мальчик открыл дверь.
— Кэмерон?
— Дядя Винс! — с облегчением выдохнул он.
И заплакал.
Оно исчезло так же быстро, как и появилось.
Вот только Глен не был уверен, что оно действительно исчезло. Ему казалось, что просто передвинулось.
Они с Мелани стояли на парковке у Пима-Хаус, а Маккормак, несколько полицейских и группа ученых с разным электронным оборудованием курсировали по дорожкам среди развалин. За барьером, как всегда, собралась огромная толпа, но теперь люди выглядели обеспокоенными и разочарованными. В небе висели вертолеты службы телевизионных новостей.
Никто не знал, когда это прекратилось. Но рано утром один из полицейских, охранявших периметр, сам бросился к развалинам. Товарищи побежали за ним, пытаясь поймать его, пока он не исчез.
А он не исчез.
Миновал место, где все исчезали, поднялся на небольшой холмик чуть в стороне от главного строения и в растерянности остановился. Преследователи остановились гораздо раньше, боясь, что исчезнут сами, и с нескрываемым изумлением смотрели на него.
Через час дорожки археологического парка заполнили полицейские и ученые, которые пытались выяснить, исчезла ли «воронка» — так стали называть это явление — совсем или просто уменьшилась в размерах.
— Как ты думаешь, что это значит? — прерывающимся шепотом спросила Мелани.
— Понятия не имею, — признался Глен.
— Такое внезапное исчезновение выглядит зловеще. Как будто это была только прелюдия, а основное шоу еще и не начиналось.
Совершенно верно, подумал Глен. Он не понимал, почему последние изменения вызывали у него беспокойство — ведь это хорошо, что воронка исчезла, разве нет? — и Мелани попала с самую точку. Исчезновения в Бауэре, здешняя аномалия, скульптуры из костей и ожившие древности — все это предвестники чего-то более серьезного. Первый акт пьесы заканчивался, и скоро должен начаться второй.
Мелани хотела что-то сказать, но у нее зазвонил сотовый телефон. Она ответила и тут же передала трубку Глену. Винс звонил из дома сестры. Кое-что произошло, сказал он, и поэтому сегодняшняя встреча не состоится. Завтра он перезвонит. Глен спросил, что случилось, но Винс уже повесил трубку.
— Что? — спросила Мелани, увидев его лицо.
Глен покачал головой.
— Не знаю.
— Он тут, в Долине?
— Да, но сказал, что сегодня не сможет — что-то произошло. И голос у него был… — Глен задумался. — Испуганный.
— Что теперь? — устало спросила Мелани и вздохнула. Этот вздох очень точно отражал ее чувства.
Глен окинул взглядом парковку. Один из полицейских — капитан Ортис, если Глен не путал — говорил с Маккормаком; голос его звучал сухо и официально. После короткого разговора профессор направился к ним.
— На одной из соседних улиц, пересекающих Кэмелбэк, произошли интересные события. Похоже, тут есть связь. Исчезли все жители квартала — все, за исключением одного мальчика. Больше мне ничего не известно. Наши собираются выяснить, в чем там дело.
