Привычный мир перевернулся в один миг обычной апрельской ночи.«Творцам и наблюдателям» — наскучило играть человечеством в стратегию с заранее предсказуемым результатом. Они решили перекроить правила существования на планете — кардинально изменив «условия игры». То, что ещё вчера казалось вечным и незыблемым — сегодня уже не работает!Пятая книга цикла: «Эпоха справедливости».
— Все! Больше не могу! Режьте меня здесь — дальше не пойду! Ноги, сука, деревянные как у Буратины! — Шептун пять минут назад рухнувший лицом в землю — откашлявшись, отхрипев и отплевавшись, перевернулся на спину и широко раскинул руки по земле.
— Оторвались? — в который уже раз за день позабыв о не работающем локаторе, я попытался оценить обстановку взглянув на карту…
«Обломавшись» и привычно запсиховав от своей нынешней «ментальной импотенции», мне с большим трудом удается сохранить интонацию нейтральной, а голос ровным.
Да что там — этот локатор хренов!? Я совсем ничего не могу! Совсем! Тьфу, сука, мля!
— Оторвались. Только вот надолго ли? — скептически спрашивает Рул неизвестно у кого. Бывшая «черная королева» оказалась значительно выносливей, чем некоторые мужики — отдышалась гораздо раньше многих и сейчас аккуратно запихивала обратно растрепавшиеся волосы, во время марш-броска вырвавшиеся из «хвоста» на резинке. — Боюсь, что эта передышка не слишком затянется. Горан, надо бежать дальше. Они всего лишь немного отстали, но не отказались от желания поиметь нас. Судя по локатору — бородатым до нас — всего ничего. Вон и Арвинд не даст соврать.
Молодой атреец пристально смотрит мне в глаза, кивает и не спешит отводить свой взгляд. Рул тоже уставилась в мою сторону. Остальные камрады смотрят в разных направлениях, но явно не упускают из виду происходящего здесь. Разве что ушами как локаторами не крутят.
Я хмыкаю. Скептически и достаточно злобно.
…Нас вот уже вторые сутки гнали как волков. Или вернее будет сказать — как зайцев, ибо мы даже не оскалились ни разу. Преследователи не разделялись — где тут в этих ущельях разделяться, да и зачем? Ну а вступать в бой со всей массой, пусть и бывших крестьян — было чревато как минимум большими потерями. А нас и так всего — 71 голова на предстоящие 6000 километров пути по враждебной территории.
22 эльфийских лучника во главе с вождем Таром.
27 атрейцев и 22 землянина.
Но так нам казалось вчера. А сегодня, пожалуй, пришла пора менять стратегию с тактикой.
Силы на исходе. Банальное бегство не приведет ни к чему, кроме гибели.
Чуть раньше или чуть позже… Какая разница?
А подельнички, гады, всё смотрят! Вы на мне сейчас дыры протрете, друзья мои дорогие! Я и без этого молчаливого давления прекрасно понимаю, что необходимо сделать, чтобы уйти от погони, вымотавшей всех нас почти до самого края.
Что — так никто и не озвучит? Ну, тогда я сам.
Курю. Откашливаюсь. Выдыхаю.
— Пора огрызнуться, похоже, а то они все больше и больше в атаке охреневают. Что скажете, дамы и господа? — мне кажется, что появившаяся сейчас на моем лице улыбочка несколько кривоватой выходит.
— Вот и правильно, командор! А то я уже от этого горного марафона затраханный, как крестьянский конь! — тут же отзывается Валентин.
Эх, братское сердце — если бы ты знал, как я тебе благодарен! Не за сейчас — «за вообще»!
— Я за! — соглашается с художником мечта его грез, белокурая воительница Арвильда.
— Сколько у вас болтов? — уточняю у неё я.
— На полтора боя хватит, — улыбается белокурая бестия, — А может и на два. Если оба наши менталиста отработают на полную — до завтра противник даже думать о погоне не станет.
— Место почти идеальное, чтобы их на задницу осадить. — вставляет бывший вояка Серб, — Сам посмотри — здесь максимум по десятку в ряд наступать получится. Ударить волной ментальности вместе со стрелами и болтами — и будет красиво!
— Даже если первые прорвутся и дойдет до прямого столкновения — десять на десять мы сдюжим. — уверенно подхватывает Мастиф, — Даже без учета «эльфов» Тара, у нас — двадцать шесть атрейцев и двадцать «сынов»…
— Стоп! — перебиваю его я, невольно оглядываясь по сторонам, — А куда еще трое подевались? Союзников было 27, а нас 22.
— Да все на месте, командор, — успокаивает меня здоровяк, — Я в том смысле, что Арвинда и Рул в первые ряды ставить нецелесообразно. Их сила не в махании саблей.
— А… Ну да, конечно. Не учел, — соглашаюсь я, — Тогда атрейцев — точно двадцать семь. А наш-то двадцать второй где?
— Ну, как бы это ты сам, Горан, — нехарактерно вильнув взглядом, смущается Мастиф.
— Еще раз — стоп! А с чего бы это я должен позади стоять? Я не лучник, и не менталист теперь! К тому же — это целиком и полностью моя вина, что мы в эту жопу с геморроем влезли.
— Да, твою маму, Горан — хватит в рыцаря лишенного наследства играть! Не мальчик ведь. Сам все понимаешь! Твой потенциал не сравнить ни с чьим из нас. — Рул кривится, как от надоевшей зубной боли.
— Предлагаю всем присутствующим оставаться в реальном секторе компетенции, без парадоксальных иллюзий банальной эрудиции. — выдает престарелый штатный хохмач отряда, явно пытаясь разрядить сгущающиеся тучи.
Не ведусь, но резко успокаиваюсь:
