магистрали, освещение неожиданно исчезло. Пришлось включить фонари. Честно
говоря, еще неизвестно, что навевало больший ужас, первый уровень или
второй.
Первый уровень был громадным, выходил за пределы города. Сырость, смрад
и скудное освещение добавляли свой особенный колорит. Второй уровень был
гораздо меньше первого. Поговаривали, что на нем есть с десяток веток,
уходящих далеко загород. Про третий же уровень, кроме слухов, вообще ничего
не было известно. По площади он сильно уступал второму. Говорили, что
там синхронное освещение, стены, пол и потолок в пластике. Четыре ветки
узкоколейки вели с него в разных направлениях. На небольшом электропоезде
по этим веткам можно было уехать за сотню километров. А вот что было там,
куда они вели, никто даже и не пытался предположить. На третьем уровне
было много камер слежения и живым оттуда, из чужих, никого не выпускали.
На третьем уровне безраздельно хозяйничала империя. Или кто-то, кто мог,
при необходимости, поставить империю на свою службу.
Поворот сменялся новым поворотом. Коридор новым коридором. Снова появилось
освещение. Мишка шел молча, полностью доверяя штурману, хотя и опасался,
что они могут заблудиться.
— Где-то здесь, но уровнем выше, Леху зарезали, — сказал Саша, снова взглянув
на планшет.
— А вот и лестница наверх, — Мишка показал рукой дальше по направлению
их курса. — Почему мы не прошли по первому уровню?
— Там нас могли ждать.
— Ты думаешь, здесь нас никто не ждет?
— Тут они тоже, наверняка, охрану поставили. Только не тех лохов, что
наверху. Кого-нибудь поумнее. Прежде чем что-то сделать они подумают.
Из-за поворота вышли трое землян, все трое в камуфляже, и преградили дорогу.
Саша, как бы случайно, повернул голову на пол-оборота и краем глаза заметил
еще троих подходивших сзади. У всех на ремне болтались немецкие штык-ножи,
у одного на плече висел «Миротворец».
— Чего здесь потеряли? — грубо спросил крупный и высокий человек, с гладко
выбритой головой.
— А ты кто такой? — тем же тоном спросил Мишка.
— Лицом к стене, ноги на ширину плеч, — скомандовал владелец «Миротворца»,
скинув его с плеча и передернув затвор.
— Ты только не нервничай, он ведь иногда стреляет, — хладнокровно заметил
Мокшин, медленно поднимая руки. — Если, конечно, заряжен.
— Я сказал к стене! — заорал автоматчик и хотел ткнуть стволом Саше в лицо.
Мокшин сориентировался в долю секунды. Левой рукой он схватил за ствол
«Миротворца», развернувшись на пол-оборота, протащил его вперед и ударил
правой ногой автоматчику под левое колено. Сзади что-то лязгнуло. Не вдаваясь
в догадки о природе звука, Мокшин перевернул в руках автомат и, держа
его за ствол двумя руками, с разворота треснул по ключице другого бритоголового,
успевшего уже оголить штык нож. Мишка махнул ногой и свалил двух бритоголовых,
не ожидавших что их сейчас будут бить. Третий, словно джигит, выхватил
кинжал и совершил выпад. Мишка увернулся, оказался за спинами нападавших.
Бритоголовые поднялись на ноги и достали ножи. Саша передернул затвор
«Миротворца», а Мишка отвел рукой полу штормовки и вскинул висевший под
ним «AZ-2000». Ножи пришлось бросить и отойти на пару шагов назад.
— Ты чего придурок о себе думаешь? — спросил Саша, когда бывший автоматчик
поднялся на ноги.
— Пошел ты на…
Договорить он не успел. Мокшин коротким движением стукнул его прикладом
в челюсть. Бритоголовый отлетел к стене по которой и сполз вниз.
— Ты следующий, — сказал Саша, выбрав новую жертву. — Что значит этот наезд?
Бритоголовый молчал, как партизан. Саша переложил автомат в левую руку
и правой профессиональным ударом ткнул неонациста кулаком поддых. Бритоголовый
согнулась пополам, упал на колени, и тут же воткнулся головой в пол.
— Следующий, — сказал Мокшин и выбрал очередную жертву. — Я терпеливый.
Мишка улыбнулся до ушей и подтверждая сказанное дважды кивнул головой.
Но новой жертве повезло. В коридоре послышался топот кирзовых сапог. Отвесив
каждому по хорошей оплеухе и сбив их с ног, компаньоны бросились наутек.
Бритоголовые, кряхтя и постанывая, поднимались на ноги.
В спину россыпью гороха полетели длинные автоматные очереди. «AZ» глотал магазины, как фокусник шарики и, вскоре проглотил последний. Мокшин давно
бросил Миротворца и достал «Вальтер».
До колодца они не дошли десяти метров. Мишка упал лицом вниз, прикрывая
голову руками, его щедро осыпали осколки бетона. Саша упал на правый бок,
перекатился на спину, и чуть подняв голову, с вытянутых рук двумя выстрелами
прострелил две переносицы. Два тела обмякли и рухнули словно старые матрасы.
Мокшин нырнул к лестнице.
— Пошел, — скомандовал он, прижимаясь к стене, подталкивая приятеля наверх
и сразу же полез следом.
Держа пистолет наготове, Мокшин поднимался по лестнице, а его взгляд рыскал
по коридору. Он чувствовал металлический привкус во рту, не то от азарта
давно забытой игры со смертью, а может от обычного страха. Мишка уперся
головой в крышку люка и осторожно чуть приподнял ее. В нише вокруг колодца
было темно, правее, в галерее коллектора, горело дежурное освещение. Мишка
