Харуюки - мальчик с избыточным весом, недавно поступивший в среднюю школу. У него типичные для толстого ребенка проблемы: заниженная самооценка, издевательства одноклассников и так далее. Его единственная отдушина - виртуальный мир, где неуклюжее реальное тело не мешает быстрой реакции мозга. В школьной сети он играет в сквош, и его невероятные результаты замечает первая красавица школы Черноснежка. Она предлагает Харуюки открыть для себя иной мир, где скорость мысли и воля сражаться определяют все.
Перевод с английского языка – Ushwood
Бета-редактирование – Danholm
Любое коммерческое использование данного текста или его фрагментов запрещено
В верхнем правом углу виртуальной доски замигала желтая иконка входящего сообщения.
Харуюки, думавший во время урока о своем, невольно втянул голову в плечи и сфокусировал взгляд.
Тут же темно-зеленая доска, заполняющая все поле зрения, стала полупрозрачной, а спины сидящих за партами учеников и учитель впереди, наоборот, обрели четкость.
Кабинет, одноклассники и учитель существовали в реальном мире, в отличие от прозрачной доски, густо исчерканной математическими формулами. Цифры и формулы учитель выписывал прямо в воздухе; они отправлялись в нейролинкер на шее у Харуюки, а потом прямо в мозг, где и преобразовывались в изображение.
Пожилой учитель математики хитрым образом двигал пальцами, в которых ничего не было, по доске, которая существовала лишь для него одного, и тихим голосом объяснял формулу. Слишком тихим, чтобы его мог слышать Харуюки в реальном мире; но нейролинкер на шее учителя увеличивал громкость и четкость и уже в таком виде отсылал голос в нейролинкеры учеников.
Харуюки вновь сфокусировал зрение перед собой, и доска, на которой было еще больше цифири, чем раньше, опять стала непрозрачной. Значит, входящее сообщение вряд ли было заархивированным файлом с домашкой, посланным учителем. Это значит – поскольку Харуюки сейчас был отключен от Глобальной сети, – отправителем был кто-то из учеников той же школы.
Какая-нибудь девушка, нарушившая школьные правила и написавшая ему что-то приятное… за полгода, прошедшие со дня его поступления в среднюю школу, такого рода ожидания успели испариться. Харуюки серьезно подумывал просто отправить мэйл в корзину, расположенную в левом углу поля зрения; однако, если он так сделает, кто знает, чем это для него обернется.
Не очень-то желая открывать мэйл, все же он дождался, пока учитель отвернется, поднял правую руку (настоящим, не виртуальным движением) и прикоснулся пальцем к иконке сообщения.
Тут же – «Бу-би-ба-бо-ро-бу-би-ро!» – по ушам Харуюки ударил неразборчивый звук, а по глазам – поток яркой графики. В теле письма вместо текста оказалось звуковое сообщение.
«Свинтус-кун, сегодня приказываю тебе команду! (На заднем плане: "Гя-ха-ха!") Две булки с якисобой[1], одну с дынным повидлом, три клубничных йогурта, всё отнести на крышу в течение пяти минут после начала большой перемены! Опоздаешь – мы из тебя котлету сделаем! Будешь болтать – сделаем жареную отбивную! (Снова ржач на заднем плане.)»
…Ощутив на левой щеке липкий взгляд, Харуюки собрал волю в кулак, чтобы не обернуться. Он знал, что, если обернется, Арая и его прихвостни А и Б будут измываться над ним еще больше.
Харуюки принялся издеваться над ними – мысленно, конечно; произнести это вслух или отправить ответным мэйлом он не мог. Если Арая – идиот, который, как таракан, не вымрет, как бы далеко ни зашла эволюция, то Харуюки, жертва его постоянных издевательств – тем более дурак.
Вообще-то, если бы у Харуюки было чуть-чуть смелости и силы воли, он мог бы воспользоваться этим мэйлом и множеством других «улик», которые у него накопились, – собрать их и передать руководству школы; тогда тех гадов наверняка бы наказали.
Однако Харуюки не мог выкинуть из головы мысли о том, что будет дальше.
Нейролинкеры сейчас распространены повсеместно – их в стране уже по штуке на человека; говорят, что в виртуале проходит половина жизни. Однако при всем при том человек по-прежнему обременен «физическим телом» и продолжает существовать на низменном уровне. Трижды в день он чувствует голод; ему приходится ходить в туалет; и – когда человека бьют, ему больно, а плакать от боли – ужаснее, чем смерть.
«Умение обращаться с линкером определяет успехи в школе и вообще карьерный рост»… подобные разговоры – всего лишь лозунги крупных сетевых компаний. В конечном итоге ценность человека определяется такими примитивными показателями, как внешние данные и физическая сила.
К такому выводу Харуюки пришел еще будучи пятиклассником начальной школы, ребенком, весящим за 60 килограммов и неспособным пробежать полсотни метров быстрее десяти секунд; сейчас ему было уже 13, и этот вывод ничуть не изменился.
