— Всё это вторично по сравнению с деятельностью Тандерхед, направленной на длительный контакт с поверхностью, — он с явной тревогой взглянул на Старгейзер. — До нас дошли слухи об опасениях Анклава, что Тандерхед использует торговлю и свои ресурсы, чтобы получить недопустимое преимущество перед остальной частью Анклава.
— Грубо говоря, мы не одобряем и не доверяем этим вашим действиям, — резко ответила Чейзер, — С получаемыми вами материалами вы сможете стать самостоятельной независимой силой.
— Это пошло бы в разрез с договором, — спокойно ответила Старгейзер, скрестив копыта перед собой. — Договора, который Тандерхед соблюдали всегда. И всегда будут соблюдать, — по холодному презрению на её лице было ясно, что она скорее ожидает нарушений от генерала.
Скай Страйкер добавил.
— Конечно, если вы действительно так озабочены этим, вы могли бы организовать собственную торговлю с поверхностью. Там нет недостатка в поселениях и организациях, с которыми вы можете вести дела.
— У большинства наших сообществ нет излишков для торговли, — вздохнул старый жеребец и пожал плечами. — И кроме того, это слишком рискованно. Вы слышали отчёты об этом Красном глазе и служащих ему монстрах-аликорнах? Это только одно. Если мы снова ввяжемся в дела с поверхностью, это будет так же, как во время войны.
— Скуталу считала иначе, — с горечью заметил Стратус, от чего глаза старого пегаса сначала немного удивлённо расширились, затем опустились. В этот момент он выглядел старым на все свои годы.
— Директор, — с упрёком в голосе сказал Скай Страйкер. Тёмный жеребец фыркнул и отвернулся.
— Это не имеет ничего общего с биологическим оружием, клонами Реинбоу Деш или Добровольческим Корпусом, — тихо сказала Старгейзер, глядя на свои копыта на столе. — Речь идёт о будущем. У Анклава два страшных врага. Один — это самодовольство. Другой — энтропия. Мы добыли все доступные ресурсы из всех горных вершин Эквестрии. Тандерхед начал открытую торговлю с поверхностью не потому, что хотел этого, а потому что был вынужден. Даже не смотря на то, что военные получают все наши новейшие ресурсы, даже этого не хватает для обслуживания. Мы можем только скатиться до каннибализма, прежде чем сожрём собственные крылья. Талисманам, используемым некоторыми общинами, уже по двести лет. Мы должны изменяться, если хотим выжить.
— Возможно. Возможно, — прохрипел старый жеребец. — Но не сейчас и не так.
— Я бы также хотел поправить вас, — промурлыкал Харбинджер. — Вы забыли наших злейших врагов: предателей.
