Не заметить её было совершенно невозможно. Башня представляла собой чёрный шестигранный шпиль, возносящийся из массивной, тёмной, подсвеченной зелёным облачной бездны. Это было, должно быть, высочайшее сооружение из когда-либо построенных. Каждый сегмент на каждом уровне имел талисманы, сверкающие ярко-синим светом. Талисманы защитных щитов? Левитации? Без магии воздвигнуть такое сооружение было бы невозможно. По мере подъёма, башня не сужалась, она расширялась. Чем выше я поднимала взгляд, тем больше и шире становилась башня. Её вершину венчал большой голубой купол, превращая башню в драгоценный скипетр. В воздух из башни тянулись длинные чёрные пальцы, которые, видимо, были посадочными доками для Вертибаков, Хищников и, как я полагала, Циклонов. Там, где башня начинала расширяться, на каждой из шести граней можно было рассмотреть огромную панель, украшенную крылатой радужной молнией Министерства Крутости.
— Ого. Она действительно… очень… большая, — слабо пробормотала я. Казалось, она поднималась в небо ещё километра на полтора, но я не была уверена.
— Это командный центр воздушной обороны Эквестрии. Башня Шэдоуболтов. Единственная цель, которая так и не была разрушена, благодаря системе противоракетной обороны Ядра. Как бы они ни пытались, — с гордостью сказала Глори.
Твистер и Бумер башня не так впечатлила.
— В этой штуке столько металла, что вы могли б отремонтировать весь флот.
— Во-первых, многое в ней сделано из той же керамики, что и остальная часть Хуффа. Во-вторых, тот же металл легко получить, выменивая металлолом на поверхности, — возразила Глори.
— После Мерипони за такое три шкуры спустят, — расслышала я ворчание Твистер.
— А где Тандерхед? — спросила я, глядя на пушистые белые шарики на поверхности облачного слоя. Многие из них, казалось, были сборочными и накопительными станциями. Другие были облачными… фабриками? Ну, они же должны были как-то создавать эти воздушные облачные терминалы! Я выискивала взглядом шинообразное облако, но ничего не видела…
— Эм… Блекджек? — позвала Глори и улыбнувшись, указала мимо облачных заводов на огромную изогнутую белую стену, поднимающуюся чуть выше нас. Она была настолько огромна, что я просто не обратила на неё внимание, как на задний фон.
— Добро пожаловать в Тандерхед.
Наконец-то, мы по-настоящему покинули Пустошь.
Заметка: Достигнут максимальный уровень.
Глава 12
Цивилизация
Книжные иллюстрации показывали, какой была цивилизация. От освещённых Мейнхеттенских башен из стекла и стали, до элегантных классических строений в Кантерлоте, и уютных, сельских окрестностей Понивилля. Там даже было изображение Клаудсдейла; я помнила его бледным и неинтересным, но теперь, видя Тандерхед своими глазами, я понимала его немного лучше.
Город был выстроен на внутренней стороне массивного, пологого облачного тора, вроде пустой покрышки, лежащей на боку. Пока Флёр поднималась в город, я заметила, что нижний край шины тянулся к середине дальше, чем верхний, создавая освещённый выступ, на котором располагались натуральные парки! Ну, раз уж они могли выращивать посевы в облаках, то почему бы им не высадить цветы? Огромные, впечатляющие здания были выстроены в виде толстой круговой стены, украшенной колоннами Коринфского ордера, фризами сражающихся пегасов и грифонов, внушительными статуями, выполненными, по-видимому, из мрамора. Вдоль потолка, подобно сосулькам, висели сотни типовых, вытесанных из облаков квартир, где, как сказала Глори, жили бедные слои. На равном расстоянии друг от друга от верхнего края к границе парка внизу тянулись шесть огромных колонн; они, по словам Глори, служили домом членам правительства Тандерхеда.
Я волновалась, как мы проникнем внутрь города. Я воображала «город» местом вроде Тенпони или даже Общества. Здание, квартал зданий или даже целое стойло были первым, что приходило мне в голову. Место с огромными охраняемыми воротами, где осматривают и обсуждают всех приходящих и уходящих. Здесь же было так много снующих туда и сюда пони, что проникнуть сюда было бы так же просто, как и перемахнуть сверху. Вокруг летали пони в силовой броне, но они, казались, были заняты чем-то другим. Единственным вмешательством было, когда к нам подлетел серый небритый пегас, осмотрел «облако», и велел Бумеру: «Немедленно оттащить это здоровое облако на рабочую площадку».
И полетел дальше, потому что этим были заняты и другие пони вокруг.
Вот таким должен был быть мир. Таким, он когда-то был. Пони работали, жили, смеялись. Будто мыльный пузырь, сохранившийся на протяжении двух сотен лет, защищённый великой башней и превосходством над другими. Эти пони не скребли по сусекам, не боялись монстров, не волновались, что их могут обокрасть, изнасиловать или порвать надвое.
