Две трели дверного звонка разрезали мирную тишину квартиры. Гость приехал, как всегда, ожидаемо-неожиданно и, когда ему открыли, бодро выкрикнул:
– Здра-авствуйте, мои дорогие, вот и я!
– Наконец-то! Третий месяц ни слуху ни духу. Заждались мы тебя, – мать потянулась к обожаемому сыну, – Ева, ну что же ты стоишь? Иди, обними папу.
После обеда рассматривали фотографии братика Евы. Мать умильно улыбалась, разглядывая новорожденного внука. Сын с горящими глазами описывал хлопоты с младенцем, переезд на новую квартиру. Вдруг замешкался, потупился, протянул смятую купюру:
– Мам, прости, могу только пятёрку дать. Я уже и в кассе взаимопомощи брал, и аванс выписал – это всё, что есть.
Мать возмутилась:
– Ева в этом году в первый класс идёт. Мне её собрать для учёбы надо: форма, портфель, учебники с тетрадями. Моей пенсии на всё не хватает.
– Не понял, она ведь ещё в детский сад ходит! – искренне удивился сын.
– Наверное, ты забыл, что девочка уже в четыре года читала, писала и знала счёт до ста.
– Помню, конечно, – оскорбился сын, – моя дочь – умный ребёнок!
– Вот поэтому, воспитатель предложила не отправлять её в подготовительную группу, а сразу определить в школу. Я уже с директором разговаривала, он согласен. В сентябре Ева пойдёт учиться с детьми на год старше.
Сын тяжело вздохнул:
– Хорошо, постараюсь ещё рублей двадцать занять. Пришлю переводом.
– Мог бы и чаще навещать. Всего час езды. Девочка на тебя, как на чужого смотрит. О-ох, забыла! На днях дочка Бодренковых с третьего этажа сказала Еве, что…
***
Еву всегда обсуждали в её же присутствии, полагая, что она слишком мала, и сказанное не поймёт, а зря…
Девочка не чувствовала особого восторга от редких отцовских визитов. Она больше радовалась за счастливую маму, как теперь выяснилось – бабушку, искренне любящую и скучающую по единственному сыну. Еве нравилось приходить в гости к подружке Свете, потому что у Светы был весёлый папа. Дядя Толик всегда шутил, играл с девочками в прятки, рассказывал интересные истории. В семье подружки было так хорошо, что иногда Ева мечтала остаться у них второй дочкой.
Пока взрослые общались на кухне, она ушла в гостиную, прихватив одну из фотографий маленького брата. Уютно умостившись на диване, вглядывалась в припухшее лицо младенца. На кого он похож? На папу и… на свою маму – рыжеволосую тётеньку с длинным носом и колючими глазами. Ева хорошо помнила, как папа приехал с НОВОЙ ЖЕНОЙ. Знакомиться.
Пили чай, разрезали и разложили по тарелкам торт из высокой круглой коробки. Ева не прислушивалась к разговорам. Восхищённо разглядывая большую, почти настоящую, кремовую розу, девочка представила себя принцессой светлого воздушного замка. Вот она сидит во главе длинного стола, уставленного красивыми вкусностями к чаю. Тут же все подружки и их родители – они пришли поздравить её с днём рождения… Ева не заметила, как кусочек за кусочком съела и розу, и кремовые листья, и половину нежного бисквита.
– Посмотри, с какой жадностью ребёнок ест торт! – не стесняясь, что её услышат, заметила папе НОВАЯ ЖЕНА.
– Ешь, солнышко, ешь, – глупо улыбающийся папа, погладил Еву по плечу.
Бабушка посерела лицом, сказала, будто проскрипела, сухими губами:
– У меня нет средств на подобные излишества. Девочка первый раз увидела такой большой, праздничный торт, вот и не удержалась, – строго посмотрев на внучку, отодвинула тарелку, – Больше не ешь! Крем жирный, живот разболеется.
Ещё не начавшиеся отношения были испорчены раз и навсегда. С тех пор бабушка старалась не упоминать имя НОВОЙ ЖЕНЫ, делая вид, что не знает его. В жизнь Евы вошло, известное по сказкам, слово «мачеха», которое также старались вслух не произносить.
***
– Доча, а поехали ко мне в гости на пару деньков? – предложил вдруг папа.
Из-за его спины показалась нахмурившаяся бабушка:
– Что ты придумал? Я категорически против! У вас младенец, требующий внимания, а ты ещё Еву привезёшь. Сам-то уйдёшь на работу – завтра понедельник. Девочка будет сидеть с чужой женщиной в четырёх стенах?
– Не с чужой, а с моей женой и со своим младшим братом. Постараюсь отгул взять, свожу дочку в Луна-Парк. Отец я или нет? Имею право!
Взрослые препирались, а у Евы, где-то между животом и спиной, чувство страха перед первой поездкой в город и встречей с мачехой воевало с радостным ожиданием похода в волшебное место.
