На некоторое время в зале установилась тишина. Но теперь стали слышнее другие звуки: с улицы донесся гул проезжающего автомобиля, где-то в коридоре хлопнула дверь, протяжно скрипнуло сиденье. Взоры присутствующих были обращены в сторону понтифика, который, слегка наклонив голову в сторону, словно чего-то ждал. Со стороны могло показаться, что Иоанн Павел II сидит в полном одиночестве, будто покинутый всеми.
За кардиналами, занимавшими первых два ряда, Иоанн Павел II рассмотрел мэра Казани Камиля Исхакова и уже в который раз подивился его невероятному сходству с Рустамом: «Как же они похожи…» Понтифик улыбнулся и чуть кивнул ему, давая понять, что узнал его.
Зал, в котором должна была пройти торжественная церемония прощания с Казанской иконой Божьей Матери, впечатлял своими размерами. Внутри царил свежий воздух, чуть пахло плавленым воском. Зал быстро заполнялся верующими и приглашенными гостями. На первых двух рядах, как и следовало по протоколу, разместились кардиналы; на третьем ряду — важные гости, среди которых был мэр Казани сопровождающие его лица.
Ожидали понтифика, который должен был прибыть с минуту на минуту. Когда он, наконец, появился, зал наполнился восторженными овациями.
Камиль Исхаков с волнением наблюдал за происходящим. Когда понтифик прочитал молитву и вернулся в кресло, Камиль Шамильевич, повинуясь какому-то импульсу, наклонился к супруге и шепнул:
— Я должен подойти к понтифику. Поблагодарить его за икону, другого случая может не представиться.
— Но ведь это не по протоколу, — встревожилась Фания.
— Знаю, но ничего не могу с собой поделать. Я чувствую, что должен это сделать. Мне до сих не по себе: ведь он хотел прилететь в Казань, чтобы передать икону и встретиться с другом. Но ни то, ни другое не получилось…
Камиль Исхаков вышел через свой ряд и направился по проходу к сцене, где сидел понтифик. Навстречу мэру решительно двинулся человек из охраны папы, но, заметив упреждающий знак Иоанна Павла II, отступил в сторону, пропуская неожиданного визитера.
Мэр легко поднялся по ступенькам на сцену и приблизился к понтифику. Кардиналы деликатно отступили на полшага, демонстрируя готовность предоставить гостю возможность поговорить с понтификом.
Приложив руки к груди, Камиль Шамильевич заговорил, невольно удивляясь акустике зала, многократно усилившей звучание его голоса:
— Ваше Святейшество, от всех жителей Казани и от себя лично благодарю вас за бесценный подарок, который вы преподнесли нашему городу. Мы никогда этого не забудем. Очень жаль, что вам не удалось побывать в Казани, мы подготовили целую программу, хотели показать, что наш город прекрасен и достоин вашего подарка.
Понтифик чуть улыбнулся:
— Уверен, что икона принесет немало доброго людям, проживающим в Казани и во всей России… Мне сообщили, что для иконы уже подобрали подобающее помещение, — сказал Иоанн Павел II по-русски с мягким польским акцентом.
— Именно так. На некоторое время икона останется в Москве, а потом ее перевезут в Казань. В настоящее время разрабатывается проект большого храма, в котором будет находиться Казанская икона.
— Икона достойна иметь самое прекрасное жилище. У нее удивительная судьба, — улыбнулся понтифик детской обезоруживающей улыбкой. — …А как дела у моего друга Рустама?
— С ним все в порядке, но он очень сожалеет, что не удалось увидеться с вами. Ждал вас в аэропорту, очень волновался…
— Жаль, что так вышло… У него ведь дочери?
— Три дочери и два сына, Ваше Святейшество.
— Как он богат, — губы понтифика снова дрогнули в слабой улыбке.
— И не только детьми, еще и внуками. У старшей дочери три сына, знаю, что младшего назвали Павлом.
Папа выдержал долгую паузу: это было для него полной неожиданностью, и он явно растрогался.
— Он даже привез в аэропорт фотографию внука, хотел показать вам его, — сказал Исхаков. — Говорил, что внук чем-то похож на вас, такой же светловолосый…
Понтифик мягко улыбнулся:
— Он бы мне понравился. Павел с латинского переводится как «малый», но я уверен, что он станет большим человеком. — Стянув с мизинца перстень, он протянул его Исхакову: — Передайте это Павлу. Пусть этот перстень оберегает его. А я буду за него молиться… пока жив.
— Спасибо, Ваше Святейшество.
— В нашу последнюю встречу вы обмолвились о том, что вы — атеист… — негромко сказал понтифик. — Камиль Исхаков слегка наклонился вперед, чтобы расслышать каждое слово. — И что Казанскую икону Божьей Матери вы хотите вернуть для горожан.
— Так и есть, Ваше Святейшество, — согласился мэр Казани. — Но я должен сказать, что с тех пор мои взгляды серьезно поменялись. Мой отец — глубоко верующий человек, мусульманин. И я хочу построить мечеть, в которой отец будет чувствовать себя как дома и сможет молиться вместе со своими братьями по вере.
— Значит, вы нашли свой путь?
— Нашел, и я очень рад этому.
Папа римский Иоанн Павел II улыбнулся:
— Сбылось последнее фатимское пророчество Девы Марии. Благословляю тебя, сын мой, — поднял понтифик ладонь.
