«Физическое состояние объекта полностью восстановлено — объект дееспособен», — прозвучало в голове капрала сообщение лоцмана. В сознании ты или без, спишь или бодрствуешь, докторская утилита постоянно следит за твоим физическим и психическим состоянием, предупреждая об отклонениях в самочувствии и выдавая рекомендации, как это можно устранить. Петр Свистун был обязан предоставить полный доступ к своему лоцману для оперативного взаимодействия внутри военной структуры, с которой подписал контракт, так что его лоцман послушно сбрасывал информацию капралу. Капрал оживился.
— Ну давай поговорим, пока время есть. Действие станнера уже закончилось, поэтому не придуривайся, не испытывай мое терпение. Понял, пилот?
Петр Свистун не ответил. Продолжал неподвижно сидеть с закрытыми глазами. Игнорировал, тварь.
— Ну и на что ты рассчитывал, сучонок? Что ты собирался сделать, выбравшись из кабинета? — сразу завелся капрал Ронор Журка. Челюсть после двух апперкотов ощутимо болела. И виновник этой боли находился рядом с ним, причем на этот раз — полностью в его власти.
— Руки развяжи, — совершенно бесстрастно потребовал пилот, наконец разомкнув веки и бросив на капрала короткий холодный взгляд. После чего уставился в лобовое стекло глайдера.
Ронор Журка тут же нашел чему позавидовать: глаза у засранца серые, как дождевые облака, а ресницы густые, как у принаряженной шлюхи. И речь у него четкая, как на параде, у него так никогда не получалось. Капитан Семик ему на дикцию постоянно пенял, даже заставил поставить в лоцман прогу-логопеда, только у капрала все равно не получалось так разговаривать. Как же его это злило. Ненавистный логопед заставлял чувствовать себя еще тупее.
— Не дождешься, пилот, — с мстительной радостью осклабился капрал. — Сдам шефу, вот он пусть тебя и развязывает. А мне как-то не улыбается.
— Что, очко играет?
— Вопрос слышал? Отвечай. Ну так что ты собирался сделать?
— В бар сходить, — равнодушно пояснил Петр Свистун. — Твоя вонь меня достала, кретин, вот и вышел проветриться.
Переключив управление катера на автопилот, капрал слегка наклонился в его сторону и врезал локтем под дых. Петр выпустил воздух сквозь зубы, гася боль напряжением мышц живота. Он не мог уклониться, и капрал этим беззастенчиво пользовался. Грудь пилота перечеркивали крест-накрест ремни безопасности, прижимая к спинке сиденья так, что он едва мог пошевелить торсом. А запястья обвивали металлические кольца, закрепленные прочными цепочками на боковинах сиденья. В таком положении уклониться вряд ли получится. Но он умел держать удар, этот сучонок, поневоле признал про себя Ронор. К тому же капрал бил небрежно, не особо целясь, а физическая подготовка пилота оказалась на высоте — локоть капрала встретил моментально напрягшийся корсет из тренированных брюшных мышц.
— Поговори мне еще, засранец. — Капрал почувствовал, как к нему возвращается хорошее настроение. Всего-то надо было — пар выпустить. — Ты ведь понятия не имеешь, в чем дело, а лаешься. Вонь ему, видите ли, не нравится. Задолбали уже. И такие, как ты, и шеф. «Как там у нас с неприятностями, капрал? Что-то ты сильно воняешь, капрал? Прикрути запах, а то блевать уже тянет, капрал»… — уже почти беззлобно передразнил Ронор Журка. — Сволочи. Все сволочи. Хоть бы раз кто промолчал. Все знают, что нет у меня чутья без запаха, и все равно не упускают случая ткнуть побольнее…
— Поясни. Про чутье.
Капрал удовлетворенно улыбнулся: все-таки сумел привлечь внимание собеседника к своим наболевшим проблемам.
— Так ты ни хрена не понял? А еще меня идиотом называешь.
— Кретином, — поправил Петр.
— Не вижу разницы.
— Потому и не видишь, что кретин.
— Ага. Так тебе еще раз двинуть? — с моментально возросшим интересом уточнил капрал.
— Не стесняйся. Не так скучно лететь. Только не забывай, что руки у меня не всегда будут связаны.
— Не всегда, — согласился Ронор. — Но ты будешь служить на базе, а я буду торчать в космопорте. Впрочем, если захочешь навестить, милости прошу. Система безопасности кабинета к твоим услугам. Тебе ведь понравилось, как вижу?
— Так что там с вонью, капрал? Ты что, в карманах дохлых крыс таскаешь?
Ронор Журка скорбно вздохнул. Тупость иных людишек иногда его буквально… ставила в тупик. Дважды два сложить не способны, уроды. Ведь и Семик распинался о его способностях в кабинете, и сам капрал сколько уже объясняет, а все без толку. Ну да ладно, стоит просветить. Глядишь, хоть этот проникнется.
— Слышал о способностях шелтян? — с важным видом спросил Ронор, не спуская с пилота пристального взгляда.
И был вознагражден его реакцией — Петр недоверчиво покосился в ответ.
— Ты не шелтянин. И при чем тут твоя вонь? Чем ты так загадил свой организм?
— Ага. Как же. Ты дубина, пилот. И тупой сучонок, впрочем, про сучонка я уже говорил. Так вот, хоть я коренной уроженец Искариона-9, но часть шелтянина во мне все же есть, дед по материнской линии был шелтянином, — горделиво сообщил капрал.
