Возвращение к людям полностью

Меня зовут Джимми Гривc. Я – профессиональный футболист. И я – алкоголик.

Решившись сделать это признание на собрании «Анонимных алкоголиков»,[1] я смог спасти свою жизнь. До этого пьянство медленно, но верно убивало меня. В общество «Анонимных алкоголиков» меня привело отчаяние, и там я обрел путь к нормальной жизни.

Но помощь эта пришла слишком поздно. Семья, в которой я был счастлив почти двадцать лет, уже была потеряна, и моя деловая карьера тоже потерпела крах.

Сейчас день за днем я постепенно учусь жить по-новому, и мне хотелось бы поделиться своим опытом – и плохим и хорошим – в надежде, что это поможет людям избежать тех ошибок, которые разрушили мою жизнь. В особенности я хочу, чтобы мои слова дошли до молодых футболистов, которые, может быть и не подозревая того, ступили на ту же скользкую дорожку.

Пишу эту книгу не ради выгоды. Сколько бы я на ней ни заработал, все уйдет на уплату задолженности по налогам, образовавшейся за годы пьянства. Откровенный рассказ о моих бедах будет и самому мне полезен, а если он еще откроет глаза хотя бы одному потенциальному алкоголику и принесет поддержку и надежду тем, кого уже затянула выпивка, тогда все горе и страдания, что я испытал, не будут совсем уж напрасны.

У каждого алкоголика есть свое «дно». Для многих это денатурат и жалкие опивки в чужих стаканах. Единственным, что меня спасало от этого, была возможность пить так называемые «приличные» напитки и физическая выносливость, позволявшая быстро оправляться даже после самых жестоких пьянок. Но и у меня было свое «дно» – мусорный ящик в дальнем конце нашего сада, где холодным зимним утром я рылся в поисках выброшенных женой пустых водочных бутылок в надежде найти хоть несколько оставшихся капель. Это было зимой 1977 года. Нет смысла спрашивать меня, когда точнее происходили события последних пяти лет, потому что пьянство разрушило в первую очередь мою память. Я могу почти досконально вспомнить все, что связано с футболом, но в памяти начисто стерты все самые жуткие эпизоды моих пьянок.

Но я все же хорошо помню тот момент, когда впервые понял, что стал отпетым алкоголиком. Как-то, когда я забылся пьяным сном в кресле, моя теперь уже бывшая жена Ирена нашла запрятанный мной запас водки и в ярости вылила все содержимое в раковину, а бутылки выбросила в мусорный ящик. Я проснулся, весь горя желанием выпить, перерыл все шкафы и ящики, ища, как маньяк, эти бутылки. Кончилось тем, что я упал около мусорного ящика и начал вытряхивать в рот оставшиеся в бутылках капли. Ниже катиться было некуда.

Тогда казалось: обратной дороги нет. Мне необходимо было выпить полбутылки водки, чтобы встать с постели и начать день. Я уже не мог унять дрожь в. руках, а думал лишь о том, где и как бы выпить еще. Пивные только открывались, а я уже стоял у входа. Для начала я всегда брал кружку пива – в нем было по крайней мере что-то питательное. Это была вся моя еда за день.

Подожди, пока бармен отвернется, Джимбо. Не надо, чтобы он видел, как трясутся у тебя руки. Вот так лучше. Ну, теперь еще кружечку пива, и я иду к себе в офис.

В течение дня я выпивал двенадцать, тринадцать, а то и четырнадцать кружек пива. И хоть бы что! Выпитое на меня тогда почти не действовало, и только тот, кто давно меня знал, мог бы сказать, что я в подпитии. А затем я шел домой и там уже пил водку, иногда даже две бутылки за вечер.

Говорю здесь о том, сколько я пил, не для того, чтобы произвести впечатление. Просто мне хочется, чтобы стало понятно, насколько далеко зашло дело. Просто чудо, что я тогда выжил и могу сейчас судить об это трезво и спокойно. Довольно часто я и машину вел в тяжелом опьянении. Однажды мне даже случилось заснуть пьяным за рулем и меня разбудил патрульный полицейский. Я сказал, что остановил машину, потому что от усталости начал засыпать. Он поверил, посоветовал открыть окна, предупредил, что ставить так машину на дороге опасно, и отпустил меня. Было бы лучше, если бы он отправил меня в участок.

Во время запоев я становился невыносим для самых близких и дорогих мне людей. Но в такие моменты я был просто не в состоянии понять, какое зло им причиняю. И это самое худшее, что есть в алкоголизме. Он губит не только свою жертву, но и окружающих. Только теперь, оглядываясь назад, я в полной мере осознаю, каким мучительным бременем я был для своей семьи и деловых партнеров. Бывали периоды почти полной невменяемости, когда я впадал в ярость, терроризировал и оскорблял домашних. Своих сотрудников я подводил из-за необязательности и неспособности надлежащим образом вести работу.