— Возможно. Только ты представляешь себе — каких масштабов должны быть котлы, греющие эту воду? Не могу, не согласится с Наткой — уж лучше чужаки… Не знаю, — я тревожно осматривал дымящийся холм… — Я ведь не разбираюсь в тех процессах, что происходят с землей. Лишь бы они не стали слишком стремительно развиваться. Такой исход ничего хорошего не сулит, если не сказать… Короче, что я пугаю? Вы уже не маленькие. Если не сказать, что все это может оказаться совсем уж губительным, и не только для нас… и предположение насчет вулкана начинает сбываться.
— Да… — Элина вмиг стала серьезной. — Рванет так, что полгорода снесет в пропасть!
— Я, кажется, боюсь… — Ната сглотнула и прижалась ко мне. — Только все стало налаживаться и вот, снова…
Элина, посмотрев на нее, вздохнула. Я понял ее состояние — девочке тоже хотелось найти у кого-то защиты от внезапного страха, перед проявлением враждебной стихии. Но она не решалась сделать то, что могла себе позволить Ната, которую связывали со мной отношения гораздо более близкие …
— Иди к нам! — я протянул руку.
Элина с радостью поднырнула под нее и замерла. Я ощутил, как бьется ее сердце… Девушки молчали, обнимая меня с обеих сторон. Мы стояли и смотрели на противоположный берег, где столб дыма грозно и неумолимо поднимался к небу, предупреждая нас о неведомой и страшной опасности, способной проявиться в любое время…
— Пойдем назад?
— Да. Угар совсем спекся — посмотрите на его язык. Бедняга! И мне, тоже, жарко…
Возвращаться решили не по той дороге, откуда пришли. Элина выразила желание пройти вдоль берегов Синей, и мы не видели причин, по которым не могли этого сделать. Столб дыма остался далеко позади, когда над городом резко и тревожно стало темнеть. Набежавшие внезапно тучи, закрыли от нас солнце, отчего сразу стало прохладно и очень неуютно…
— Дождь будет… Нет, дождь — это еще вежливо! Ливень! — я с тревогой осматривал небо и начинавшие сверкать вдалеке молнии.
Ната поискала глазами:
— Нужно искать убежище. Сейчас начнется такой потоп, что промокнем насквозь!
— Доверимся Угару! Ко мне, пес, ко мне!
Наш здоровенный друг поджимал под себя хвост: он недолюбливал воду, текущую непонятно откуда, сверху, и делающую его похожим на мокрого, взъерошенного медведя.
— Ищи! Найди нам убежище!
Пес понимающе взглянул на меня и умчался прочь. У Элины от удивления широко открылись глаза:
— Не может быть? Он что, понимает?
— А я что тебе говорила? — Ната достала из мешка куртку с рукавами, более теплую, чем те, в которые они были облачены. — Тебе тоже следует одеться. У нас ливни, в городе, обычно очень холодные. Не заметишь, как простынешь!
— Да, Элина, поспеши, — я протянул ей одну из «непромокаемых» накидок.
— А ты?
— Я закутаюсь в одеяло. Не зря же мы таскаем его с собой повсюду… В другой раз выйдем из дома, только когда сошьем настоящие плащи! Если раздобудем брезент…
Дождь хлынул внезапно и сразу очень сильно. Капли слились в сверкающие струи, разрезающие воздух и вонзающиеся в землю, которая сразу размякла и покрылась многочисленными лужами. Стало совсем темно. Угар не появлялся. Я терялся в догадках, не понимая, что могло помешать псу, исполнить приказание, или, хотя бы, вернутся? Мы вскоре промокли — спрятаться от воды негде, а ткань, многократно пропитанная жиром, от настоящего ливня защищала слабо.
— Встанем вон туда, на обломки плит. Хоть не в грязи! — предложил я.
Над нами прогрохотали раскаты грома. Где-то на востоке сверкнула молния, потом другая. Элина зажмурилась:
— А в нас не ударит?
— Нет. Мы же не железные… — только и нашелся, что сказать я в ответ. Ната насмешливо посмотрела на меня, но промолчала. Она, как всегда, хранила выдержку, научившись не теряться в сложных ситуациях. Похоже, что Элина, сама того не желая, напророчила беду — еще одна молния шарахнула где-то совсем рядом. Сразу запахло горелым и, каким-то, особо свежим воздухом.
— Ой!
Ливень стоял стеной. Уже ничего нельзя было разглядеть даже в нескольких шагах. Потоки воды собирались в заводи, затапливали ямы и трещины в земле. Девушки понемногу начали трястись от холода, дождевая вода казалась ледяной. Вымачивая бесконечными потоками, она очень быстро забрала тепло, которое еще осталось в наших телах. Девушки прижались ко мне, а я держал над головами шкуру, тщетно пытаясь прикрыть их от нескончаемого водопада с небес.
— Где же Угар?! — Ната кричала. Сквозь шум, производимый ливнем, услышать что-либо, стало почти невозможно.
— Он придет! Найдет убежище и придет!
— Я совсем замерзла…
Элина синела на глазах… Мы с Натой опустились на колени — стоять не хватало больше сил. Я не чувствовал пальцев, они словно покрылись кусочками льда. Мы взяли стучащую зубами девушку в плотные объятия, пытаясь, хоть капельку отогреть ее своими, не менее замерзшими телами.
— Дар, мы погибнем так… — Ната смотрела на меня умоляющими глазами. Я вскочил. Сквозь стену воды стало проглядываться светлое пятно — размытая водой плита соседнего дома!
— Туда?
Я, чуть подумав, отверг ее предложение:
