В ней проснулась способность чувствовать двери, и это было связано с общей гаммой чувств вообще. Если признаться сейчас, он станет следовать за ней неотступно, опасаясь возможного прохода и, волей-неволей, будет мешать. Эл не хотелось, чтобы он бросал все свои занятия и занимался ею. Алик запустил механизм возврата ее способностей, Дмитрий подтолкнул ее еще дальше. Тиамит был прав, предсказывая, что наступит момент, когда Алик будет сам не рад ее способностям. Все только начиналось, начиналось опять. Сосредоточенно ловить присутствие прохода было изматывающей процедурой, другое дело — определить порядок, расположение, периоды активности, а тут время имело место. Если освоиться — вопрос с перемещениями будет решен. Они не заблудятся, куда их не забрось. Система исчислений Самадина была, как хорошее клише, с того, чем Эл пользовалась в мирах владыки. Тут уместна аксиома, что подобие в мироздании — это гибкий закон.
Утро было серым. Мутная взвесь висела до горизонта. Он усмехнулся. Горизонта здесь не было. Это иллюзия.
Она появилась, как всегда бесшумно. Эл шла к нему по берегу, он слышал шорох песка. Идет берегом, значит, пришла из будущего.
Она не говорила ему приветствий, обычно садилась рядом и смотрела вместе с ним на горизонт. Как с ней спокойно… Он будто бы давно ее не видел? Время тут теряло для него смысл.
- Не замерз? - спросила она.
- Да.
Появилось покрывало. Она мягко набросила его ему на плечи. Он хмыкнул. Они снова замолчали.
Она поднялась.
- Отдыхай. Я дойду до дворца. Тиамита не видел?
- Нет. Эл, подожди минуту.
- Минуту?
Она присела на корточки. Улыбается. Не ждала, что он ее остановит.
- Что я вытворял? Ты обещала как-нибудь сказать.
- Тебе этого хочется? Хм. - Она снова села на песок, чуть боком и скривила губы.
- Что я делал, Эл? Я не помню несколько месяцев своей жизни.
- Ты сходил с ума. Ты болел.
- А подробнее?
- Зачем тебе? Подсознание усыпило твою память, прими это как благо. Придет время - сам вспомнишь.
- Если я прошу, значит мне нужно. И не надо меня щадить, - его тон стал злым.
- Уверен?
- Говори.
Эл почесала лоб и потупилась. Он услышал вздох.
- Ты стрелял из пистолета в Алика, на моих глазах. Не смог убить, потому что я пистолет испортила, заранее. Я его не прятала, знала, что ты найдешь и патроны проверишь. Ты его разобрать не догадался. Я пять раз оттаскивала тебя от балконной решетки, потому что ты хотел прыгнуть вниз с седьмого этажа. Ты чуть не придушил мою собаку, потому что Байкал не пускал тебя на балкон в мое отсутствие, пес тебя покусал, но с тех пор он тебя панически боится. На тебя действовала лошадиная доза успокоительного. Я не позволила соседям сдать тебя в психушку, ты кричал и кидался, чем попадется, в стену в любое время суток. Мне пришлось держать оборону, я дала взятку милиции и бригаде санитаров, которых соседи все-таки вызвали. Остальное - мелочи.
Она посмотрела из-под бровей. Он смотрел на нее в упор и хмурился с сожалением во взгляде.
- И ты до сих пор рядом, и не презираешь меня?
Тут она улыбнулась широко и открыто.
- Тому куча причин.
- Эл, тебе не стоит так со мной возиться. Я никогда не обвиню тебя в случившемся. Ты не виновата с том, что я влюбился и в том, что она не пошла со мной. Ты не должна была решать эти проблемы за меня. Я извинюсь перед Аликом когда-нибудь. Ждать от него иной реакции было бы…
- А он мучается. Делает расчеты. Наверное, их уже сто. Он их сжигает, думает, что я не догадываюсь.
- Если бы она захотела, Эл,… - он тут же умолк. Склонил голову, длинные пряди волос упали на лицо.
Да. Эл знала. Диане был известен такой вариант будущего, что это знание вынудило ее пожертвовать своей любовью к нему.
Эл приподнялась, запустила пальцы в его пряди перемешанные пополам с сединой, и он резко дернул головой, словно его ударила молния. Так делал Диана, он стиснул зубы и посмотрел на нее, на мгновение боль и гнев мелькнули в глазах.
- Прости, - извинилась она.
- Прости ты. Она так делала.
- Я догадалась. Больше не буду.
- Я ничего тебе не сделал? Я нападал на тебя?
- Ни разу.
- Эл, я чувствую себя спокойно, только когда ты рядом. Я должен охранять тебя, но я не гожусь для этого. Это ты меня спасаешь. Когда ты близко, мне спокойнее. Поживи тут немного. Пожалуйста.
Это было долгожданное предложение. Он жил на острове давно. Один. Он предпочитал быть все время один.
- У меня куча телохранителей. Я тут останусь, чтобы от них отдохнуть, - кивнула она с улыбкой.
Он покосился. Улыбка Эл была открытой и искренней. Она рада? Чему?
- Не нашли того, кто стрелял в тебя?
- Нет. И не найдут.
- Ты так уверена.
- Не стоит сейчас забивать этим голову.
- А мне нечем ее тут забивать.
- Да ну!
Она ни разу не пыталась слукавить, он все слишком остро чувствовал. Насмехалась тоже честно.
- Ты права. Мне не интересует то, что ТАМ. Мне не совестно. Мне наплевать, Эл. Когда-нибудь я тебя доконаю, и ты начнешь ненавидеть меня.
- Ф-ф-ф. Не дождешься.
- Ты единственное существо, которое я хочу видеть. Больше мне никто не нужен. Никто. Это ненормально, я знаю.
- Это нормально в твоем положении. Это нормально и тут, на острове, и там, в нашем времени. Напрасно ты думаешь, что мне надоест возиться с тобой. - Она замолчала, посмотрела на него, потом на горизонт. Молчание было многообещающим. - Я знаю, что с тобой происходит. Как это бывает. Я сама когда-то жила также. Дай руку.
Он нахмурился и протянул ладонь. Хватка Эл была сильней его. Она вцепилась пальцами выше его кисти и сжала. Его обдало холодом, и начались галлюцинации.