— У этого кандидата экономическое образование и опыт аудитора и супервайзера. Энтузиаст, ответственный и хороший работник. — Дуглас говорил убежденно. — Наш шеф очень доволен работой этого человека и, я уверен, одобрит повышение.
— Конечно. Но скажи мне, кто это.
— Работает больше трех лет в корпорации, в свое время окончил университет с отличными оценками, — продолжал он, не отвечая на вопрос. — Два года работает супервайзером и проявляет себя прекрасным командным лидером.
— Кто это? — Хотя Хайме уже знал ответ, он настаивал, изображая скуку.
— Это Линда Америко, опытный профессионал.
— Не та ли это девушка, что выходила из кабинета?
— Да.
— Она казалась разгоряченной, как будто вы поругались. Ты мне не скидываешь случайно свои проблемы?
— Конечно, нет, — ответил Дуглас убежденно. — Линда прекрасный работник. Я расскажу тебе, что случилось.
— Расскажи.
— Ты знаешь, какими бывают эти женщины с бойцовским характером: работают хорошо, но иногда сцепляются с другими сотрудницами с подобными амбициями. У меня работает другая начальница отдела, с чуть большим стажем, и они всегда конфликтуют, я больше не могу это выносить.
— Ну и ну, приятель. — Хайме изобразил сочувствие.
— Линда мне рассказывала об их последнем столкновении. Она сыта по горло этой ситуацией и хочет работать в гармоничной обстановке. Вы очень хорошо сработаетесь, и ее это будет стимулировать в работе.
— Дай мне подумать. Я не собирался искать кого-то на это место прямо сейчас.
— Хайме, я расценю это как личное одолжение.
— Ладно, дай мне посмотреть, какие есть возможности. Линда очень красивая женщина, надеюсь, что она такой хороший профессионал, как ты говоришь.
— Увидишь, она даже лучше.
— Есть что-то новое о смерти старика? — Хайме свернул к интересующей его теме.
— Похоже, «Братство защитников достоинства» связалось с журналистами и взяло на себя ответственность за это убийство.
— Сукины дети! Кто они и чего хотят эти сумасшедшие?
— То же, что и все. Уважение и признания их расы в фильмах и телесериалах. По их мнению, все злодеи в фильмах должны быть светловолосыми с голубыми глазами.
— Слишком много вокруг фанатиков и экстремистов.
— Увидишь, как-нибудь и твои латиноамериканские друзья выступят с чем-нибудь подобным. — Дуглас улыбался.
— Почему ты так думаешь? — Хайме почувствовал себя задетым.
— Ну, ты же знаешь, в каждом стаде есть паршивая овца, не поддающаяся контролю.
— Иногда светловолосые оказываются паршивыми овцами.
— Брось ты, не горячись, я же шучу. — Дуглас хлопнул его по спине.
— Ладно, мне пора работать.
— Хорошо. Спасибо, что зашел. Когда ты мне дашь ответ по поводу Линды?
— Скоро, скоро. — Ему абсолютно не хотелось что-то обещать.
— Ответь мне завтра, ладно?
— Посмотрим. Пока.
Хайме вернулся в свой кабинет в плохом настроении. Какой грубый способ просить одолжения! Лаура поверх очков изучила выражение лица своего шефа, как только он вернулся. Она ничего не сказала, только слегка улыбнулась.
Он успешно сопротивлялся все выходные, с трудом — в понедельник и вторник, но теперь воспоминания о Карен возвращались снова и снова. Хайме подходил к окну, и его мысли бежали, как бездомные собаки, за машинами, которые, пересекая бульвар, пропадали из поля зрения. Конечной точкой для его мыслей всегда оказывалась она, Карен.
Он не помнил, когда и с кем в последний раз проводил время так хорошо, как с ней. Искушение пригласить ее на свидание становилось неодолимым, но именно поэтому Хайме чувствовал робость и не хотел звонить слишком рано. Иначе она сразу поймет, как ему необходимо видеть ее. В этот момент зазвонил прямой телефон.
— Вице-президента аудиторского департамента, пожалуйста.
Сердце Хайме перевернулось в груди.
— Карен?
— Та самая, из ресторана. — Голос Карен звучал весело.
— А, да, Карен. — Он решил изобразить безразличие. Надо воспользоваться тем, что это она сама ему позвонила. — Чем могу тебе помочь? Что-нибудь по работе?
— Очень мило с вашей стороны, господин вице-президент, — продолжила она певучим голосом. — Мне нужно будет поговорить с моим адвокатом по поводу вашего голоса, каким вы предложили мне помощь.
— A у меня нет адвоката. Ты могла бы мне посоветовать кого-нибудь, если дойдет до суда?
— Я знаю одну хорошую адвокатессу, но она дорого берет.
— Сколько?
— Один гамбургер.
— Хорошо. По-моему, мне это подойдет. — Он чувствовал себя Хэмфри Богартом и не хотел показывать нетерпение. — Как насчет завтра, в четверг?
— Это невозможно, я занята, — ответила она. — Предлагаю вечером в пятницу.
Хайме почувствовал, что инициатива уплывает из рук, и помолчал немного. Встреча в пятницу, несомненно, предполагала нечто более серьезное, чем в четверг, и это его радовало. Но он уже договорился встретиться с одной знакомой, и пришлось бы отменять встречу. Его опыт деловых переговоров подсказывал, что ему следует отвергнуть пятницу и предложить понедельник.
— Лучше в субботу, — услышал он свой голос. — Мысль о том, что придется ждать до следующей недели, внезапно повергла его в панику.
— Нет, в субботу я не могу.
