– Сколько у нас бочек осталось? – спросил один из воинов.
– Десятка два, – ответил второй. – да с водой штук пять.
– Масло давай!
Они слажено переворачивали бочку, вытаскивали из неё пробку и отправляли в низ. Туда откуда начали доносится первые крики. Спустив пятую бочку с маслом, воин скомандовал:
– Воду давай!
Они положили её на бок и катнули вперёд, не выбивая крышку. Она смиренно скрылась в огне, через несколько мгновений, когда она ударилась о каменную стену и вода выплеснулась наружу, раздался взрыв, и пещера словно дракон извергла яростный язык ада. Сотни голосов слились в ужасающей песне, если где-то и есть преисподняя, то звучит она именно так.
***
Миша посмотрел в окно, на землю упала серость, и он направился к выходу, Машка незадолго до этого ушла к реке, желая искупнуться. Миха уже было переступил порог комнаты, но остановился и бросил взгляд на некроманта. Тот сидел неподвижно и не мог оторвать глаз от своих дряхлых, чёрных, с толстыми длинными ногтями, ног.
– Да. – проговорил Миха напоследок, не излучая никакой эмоции. – они очень вкусные. Попробуй.
Он вышел на улицу, и направился к месту, где его должны были уже ждать. Оказавшись на берегу, он услышал тихий плеск. В нескольких шагах лежала Машкина одежда, сама же она плавала в тёплой воде.
– Маш, пора!
– Иду. – ответила она и направилась к берегу.
Она вышла из воды, мокрая свежая кожа взялась паром и Миха тотчас же отвернулся.
– Скромник? – спросила она хихикнув.
– Поверь, лучше мне не смотреть. Слишком много желаний.
– Каких например?
– Сожрать тебя, особо сильное.
– Брось. Ты не причинишь мне вред. Я это знаю.
– С чего такая уверенность? Я может уже причинил.
– Нет. Не причинишь. Я же вижу твой взгляд, я нравлюсь тебе.
– И что с того?
– Значит ты не отрицаешь? – спросила она, влезая в платье.
– Что тут отрицать, дома… – парень запнулся. – В прошлой жизни я бы тебя в первый день в койку потащил. Только вот, жизнь теперь новая. Ты хорошая, вы все…
– Машка!!! Миша!!! – прозвучал голос Павла выше по течению.
– Мы здесь! – ответила она, слегка расстроившись не состоявшимся разговором. – Ниже по течению!
Лодка причалила, и они заняли свои места.
– Всё хорошо? – тихо спросил бородач, глядя на девушку.
– Да, вполне.
– Ты видела его? – жадно спросил Пашка, схватив её за руку.
– Его? Ах да. Да. Видела. Жалкое зрелище.
При этих словах Миша улыбнулся, но ничего не произнёс.
***
Молодка сидела рядом с Яковом и пыталась убедить его в своих словах и задушить своей грудью. Яшка не сильно сопротивлялся, вернее он совсем не сопротивлялся и только податливо кивал, вглядываясь в её пышные глаза. Он и не заметил, как последний свободный стул за их столом занял молодой, ничем не приметный, парень. Он сидел, ничего ни ел и лишь изредка попивал вино. Алексий ни с кем не общался, погружённый в свои думы, Ливадий веселя двух женщин и старика на против, то и дело подшучивал над лысым воином, вызывая волны смеха. Маг был открыт и весел, но то и дело бросал свой взгляд на присоединившегося к ним гостя. Богдан, проходящий мимо, радостно похлопал парня и произнёс:
– Ну наконец то, племянничек, я думал ты пропустишь свадьбу своей сестры.
– Что ты дяденька, как можно. – не приятным голосом ответил тот.
– Ты её поздравил?
– Нет, пока не довелось.
– Так чего время теряешь, можешь и не успеть.
– Согласен дяденька, так и поступлю.
Музыканты играли веселейшие мелодии, бубен тарахтел не умолкая, и парень, подойдя к главному столу, пожал руку жениху, что-то шепнул ему на ухо и потащил невесту танцевать. Девушка, увидев брата, засмеялась и повисла у него на шее, после чего они кинулись в пляс.
– Что-то с ним не то. – тихо шепнул Ливадий на ухо Алексию, глядя как кузен подхватил под попу невесту, прижал её к себе и стал кружить.
– Не влезай. Не наше это дело.
– Хорошо, – согласился весьма охмелевший маг. – но я тебе говорю, что-то с ним не то.
Ближе к полуночи началось мракобесие, казалось, на этой свадьбе нет совсем запретов, словно здесь собрались не фермеры, не купцы с земледельцами, а свора разбойников, пьяниц и путан. Впрочем, последний факт не особо огорчал окружающих, пышногрудая уже утащила Яшку на сеновал, нужно заметить, они там были не одни. Недалеко от сарая, дралась группа мужиков, около музыкантов сидела в возрасте, но хорошо сохранившаяся дама, с разорванным платьем, сеном в волосах, и улыбаясь хлопала их таланту.
Богдан стоял на ступенях, осматривался по сторонам и довольно курил трубку. Праздник удался. Теперь можно и самому отдохнуть. Он направился к дочери, желая спросить не нужно ли ей чего напоследок, и… Она сидела на своем месте, бледная, тихонько постанывая от мук. Вусмерть пьяный жених отдыхал в тарелке и давно уже ничего не видел.
– Тихо!!! – заорал Богдан и музыка затихла.
Гости с недоумением посмотрели на хозяина праздника и умолкли. Он подхватил её на руки, расстегнул несколько пуговиц на платье, чтоб ей было легче дышать, положил её на пол.
– Что с тобой? Девочка моя. Что случилось?
