— Скажи лучше «не было», — ответил Гэндальф. — Да, год назад на этой дороге действительно не было ворот, а сейчас есть. И даже у Бакбургских ворот ты встретишь препятствия, о которых не подозревал. Но преодолеть сумеешь, в этом я не сомневаюсь. До свиданья, друзья! Мы расстанемся не навсегда, и я пока не говорю «прощайте». До свидания!
Маг повернул Серосвета и съехал с дороги.
Жеребец легко перемахнул через зеленый вал, насыпанный вдоль Тракта и поросший травой, Гэндальф что-то крикнул ему, и Серосвет вихрем помчался на юг, к Могильникам.
— Вот и снова нас четверо, как в начале нашего похода, — сказал Мерри. — Всех друзей оставили в пути, одного за другим. Подумаешь — так будто все, как сон, прошло и постепенно развеялось.
— Мне кажется, наоборот, — сказал Фродо. — Здесь все настолько не так, что я будто сейчас начинаю смотреть сон.
Уже стемнело, когда усталые и промокшие путники подъехали наконец к Брендидуимскому Мосту и обнаружили, что дорога загорожена. С обеих сторон моста щетинились кольями массивные ворота. На противоположном берегу реки были новые двухэтажные дома с узкими прямоугольными окнами без занавесок, из которых шел холодный свет. Дома казались угрюмыми и чужими. На Хоббитшир это было очень непохоже. Потом они с удивлением услыхали звук рога и увидели, что свет в домах за рекой погас. Из темноты кто-то крикнул:
— Кто там? Отойдите от ворот. Сейчас все равно не войдете. Вы что, читать не умеете? Написано же: «Закрыто с захода до восхода солнца».
— Конечно, в темноте мы читать не умеем, — крикнул в ответ Сэм, — но если из-за этой вашей надписи хоббиты из Хоббитшира должны мокнуть под дождем в холодную ночь, я сейчас это объявление отыщу и сорву, чтобы его не было!
Хлопнула створка окна, лязгнул засов, из дома слева высыпала толпа невысокликов с фонарями. С противоположной стороны моста ворота открылись, несколько хоббитов даже перебежали через мост. При виде путешественников они, по-видимому, испугались.
— А ну, иди сюда, Хоб Сеногрыз! — закричал Мерри, узнав при свете фонаря одного из старых знакомых. — Что все это значит? Это же я, Мерри Брендибак! Что здесь делают порядочные баклендские хоббиты вроде тебя? Ты ведь был привратником у Отпорной Городьбы?
— Ой, батюшки! Господин Мерриадок, право слово, он, а одет, как рыцарь, и с оружием! — воскликнул хоббит с седеющей головой. — Тут говорили, что молодой господин погиб, заблудился в Старом Лесу. Вот радость-то видеть вас живым и невредимым!
— Если рад, так кончай таращить на меня глаза и отворяй ворота! — потребовал Мерри.
— Очень сожалею, господин Мерриадок, но этого не могу. У нас приказ.
— Кто приказал?
— Шеф из Торбы-на-Круче.
— Какой еще шеф? Ты хотел сказать — Лотто? — спросил Фродо.
— Он, он, господин Торбинс. Но надо говорить «Шеф».
— Да ну! — сказал Фродо. — Вообще, в этом что-то есть. Так он хоть не позорит нашу фамилию. Но, видно, пора, чтобы родственники им занялись и призвали его к порядку.
Хоббиты за воротами притихли.
— Лучше таких вещей не говорить; он может узнать, — сказал после паузы кто-то оттуда. — А если будете так орать, разбудите Шефову громадину!
— Мы его разбудим так, что он долго удивляться будет! — закричал Мерри. — Если это означает, что твой замечательный Шеф берет на службу бандитов из Глухоманья, то мы и вправду слишком задержались.
Он соскочил с пони и, увидев в свете фонарей объявление, содрал его с ворот и перебросил через них; хоббиты на мосту отступили, но ни один не подошел открыть ворота.
— Ко мне, Пин! Вдвоем справимся. Айда!
Мерри и Пипин перелезли через ворота. Хоббиты с моста удрали. Снова заиграл рог. Из большого дома с правой стороны вышла крупная фигура, хорошо различимая на фоне освещенной двери.
— Что за шум? — заворчал вышедший. — Кто посмел ломать ворота? Уматывайте отсюда, не то хребты вам переломаю, криволапые!
И вдруг он остановился, увидев блеск мечей.
— Билл Хвощ! — сказал Мерри. — Если через десять секунд ты не откроешь ворота, горько пожалеешь. Я тебя научу слушаться вот этим железом. Отворяй ворота и убирайся сам, чтоб я тебя больше не видел, подлый бандит, убийца с большой дороги!
Хвощ пригнулся, поплелся к воротам, отодвинул засов.
— Отдай ключ! — потребовал Мерри.
Но бандит швырнул ему ключ в лицо и нырнул в темноту. Когда он пробегал мимо пони, один из них заржал и лягнул его. Хвощ взвыл и скрылся в мокрой темноте. Больше о нем никто не слышал.
— Браво, Билл, умница! — похвалил лошадку Сэм.
— С вашим громадиной, таким образом, все ясно, — сказал Мерри. — Придет время, рассчитаемся и с шефом. Сейчас нам нужно где-то поспать, а раз вы, как я вижу, развалили трактир и вместо него выстроили эти гнусные дома, придется вам нас пустить на ночь.
— Простите великодушно, господин Мерриадок, — ответил, дрожа, Хоб. — Это запрещено.
— Что запрещено?
— Принимать приезжающих на постой, принимать пищу помимо отпущенной и вообще всякое такое, — сказал Хоб.
