Маяк оставался тих и темен. И вдруг слабо мигнул. Руку обожгла боль, и Майра с криком согнулась пополам. Браслет задымился – сизые струйки смешивались со снегом – и снова погас. Возиус бросился к сестре и потянулся к ее руке, но Майра его оттолкнула. Обращение к Элианне далось непросто, – а возможно, еще и нарушило процесс восстановления Маяка, – но что-то она все-таки ощутила. Нечто вроде ответа… Не в виде слов и даже не от Элианны. Скорее, некое интуитивное ощущение. И пришло оно вовсе не от браслета.
Майра положила руки на рельефный символ Уробороса, сосредоточив волю на желании открыть дверь.
– Aeternus eternus, – произнесла она странные слова.
В ту же секунду снег поредел, а ветер стих. Все кругом словно застыло от холода. Печать Уробороса вспыхнула ослепительным изумрудным светом. Майра ощутила, как змей у нее под рукой начинает вращаться, постепенно ускоряясь. Гора задрожала, со склонов посыпались камни, земля, снег.
– Берегись! – крикнула Майра. – Сюда!
Она прижалась к склону и жестом велела всем следовать ее примеру. Гора дрожала все сильнее, начался настоящий камнепад, и пошла лавина.
– Что происходит? – закричала побледневшая Пейдж.
И тут с громким скрипом створки двери начали расходиться. Они открывались медленно, с трудом, будто размыкались после глубокого сна чьи-то веки. Сверкая и переливаясь золотистым блеском, точно жидкий металл, створки уходили в каменную толщу. И только когда они полностью скрылись в камне, дрожь стихла. Камнепад тоже прекратился. Майра заглянула в проход. Она ожидала увидеть нечто потрясающее, захватывающее дух, нечто такое, что стоило всех их усилий, но за дверью открылась небольшая прямоугольная комната: гладкие стенки из тускло-серебристого металла и цилиндрические поручни на уровне пояса по периметру. Ничего примечательного.
– Кати-комната, – прорычала Ищунья и впрыгнула внутрь, поманив за собой остальных. – Не бойтесь, силы… сюда.
Возиус с обычным своим мечтательным видом последовал за ней.
– Кати-комната, – тихо повторил он. Поправив очки на носу, осмотрел ее, провел рукой по стенкам. – Интересно… Это, наверное, лифт. Я как-то видел схему, в старой папиной книге по инженерии. Такие комнаты движутся вверх и вниз по вертикали, – объяснил он, жестикулируя.
– Лифт, ну конечно, – сказала Майра. Отец часто оставлял повсюду толстые учебники, а Возиус обожал их читать.
Пейдж, прищурившись, взглянула на дверь.
– Но куда он ведет?
Возиус провел рукой по поручню.
– Глубоко под гору, наверное. Из рассказов Элианны мы знаем, что основатели поместили некоторые из Ковчегов под горными хребтами.
– Выяснить это мы можем лишь одним способом, – сказала Майра и тоже вошла в лифт. Следом вошел Калеб и последней – с явной неохотой – Пейдж.
– Ищунья, как заставить комнату ехать? – спросила Майра. – Тут есть панель управления? Или, может, кнопка. Или надо назвать пароль?
Ищунья не ответила. Она лежала на полу, плотно зажав уши.
– Ну, от нее помощи не жди… – сказала Пейдж, но не успела она договорить, как вокруг снова загрохотало и затряслось.
Ребята зашатались, как пьяные, и схватились за поручни. Только сейчас Майра поняла, зачем они тут. Створки двери снова выехали из толщи склона, смыкаясь в монолитную конструкцию. Сверху посыпались камни, они рикошетили от земли и залетали в лифт.
– Осторожно! – закричала Майра и отскочила в глубь кабины. Острым осколком ей оцарапало щеку.
Сверху рухнул огромный валун и преградил выход, а следом с шипением сомкнулись створки двери. Ребят запечатало в темной комнате. Майра включила фонарик. На полу лежали снег и камни.
– Все целы? – позвала она, отплевываясь и кашляя. По ее щеке стекала струйка крови. В воздухе, вихрясь в голубоватом луче, висело плотное облако пыли. – Никто не ранен?
Она повела фонариком по сторонам, высвечивая друзей. Все были в порядке. Все, кроме Ищуньи, – та по-прежнему лежала на полу, зажав уши. Внезапно пол ушел из-под ног – кабина понеслась вниз.
– Святое Море… – охнула Майра и выронила фонарик.
Он упал и покатился по полу, и на стенах заплясали зловещие тени. Уши у Майры заложило, живот свело, ее чуть не вырвало. Она крепко вцепилась в поручень. Кабина летела вниз, а мир вокруг как будто утратил опору и кувыркался. Падать было отчаянно страшно, но выход на поверхность завалило, и оставался только один путь. С огромной скоростью лифт уносил их в самую глубь Земли.
Наконец со страшным скрежетом и грохотом лифт остановился. Майра подождала, пока желудок успокоится, и лишь затем отпустила поручень. Пальцы у нее свело. Непослушными руками она подняла с пола фонарик и осмотрела: на нем кое-где появились вмятины, но он все еще работал.
– Все целы? – снова спросила Майра, водя по сторонам лучом света. В замкнутом пространстве голос ее прозвучал глухо.
Калеб, Пейдж и Возиус с трудом выпрямились, только Ищунья осталась лежать на полу, лишь подняла голову, отняв руки от ушей. В свете фонарика ее глаза блестели, как две кроваво-красные луны.
– Где мы? – спросил Калеб. – На месте… в Ковчеге?
