Возвращение Легенды полностью

Главная дроу приложила ладонь к ране, закрыла глаза и зашевелила губами. Мириады искорок разлетались из-под ее длани. Волшебство не помогало, на лбу Илоннэ пульсировала жилка, а меня бросало то в жар, то в озноб.

Через целую вечность дышать стало легче, чувствительность начала постепенно возвращаться, и я уже ощущал приятное покалывание магических вспышек.

Мать дома лунных теней прервала целительный поток, вытерла пот и облегченно вздохнула:

- Фух, еле успела.

- Никогда бы себе не простил, если бы мы и тебя потеряли, - сгреб меня в охапку Лаэллесс.

- Это сейчас случится, если не отпустишь, - крякнул я, пытаясь освободиться из крепкий объятий.

Дроу отпустил меня, я снова плюхнулся в кресло и поблагодарил Иллонэ:

- Спасибо, что вылечила, Старшая Мать.

- Это тебе спасибо. Твоя прекрасная реакция спасла мне жизнь, - ответила дроу и обратилась к подданным: - Уберите останки мерзавца, чуть позже разберемся с ними.

- Ила, может, пока не поздно, оживить его и допросить? - дал мудрый совет бывший лидер клана.

- Не успели, Лай. Его душа уже покинула тело.

- Он был настолько молодой? - повернулся Лаэллесс к Даалену.

- Нет, три года назад мы праздновали его полутысячелетие, - ответил тот.

- Странно, - задумалась Иллонэ. - Надеюсь, вещи убитого расскажут нам кое-что о хозяине. А пока, давайте закончим церемонию.

Я понял намек и бодро освободил законное место хозяйки Шакруны.

Мертвеца убрали, кровь вытерли, вернулись на свои места и, как ни в чем не бывало, продолжили обряд.

И вот, когда все нюансы соблюли, семья пополнилась новым членами, Матриарх произнесла заключительное слово:

- Поздравляю вас, дети мои! И пусть всем нам сопутствует благословление богини Шейлы!

- Старшая Мать Иллонэ, позволь и мне дать обещание?! - громко попросил слово Лаэллесс.

- К сожалению, ты не можешь вернуться в клан, - ответила дроу.

- Ты неправильно поняла, - сказал темный и направил в мою сторону указательный палец. - Я хочу сейчас при всех дать этой эльфийке клятву серебряных локонов!

Полиморф первого поколения N 11

Для принятия облика взрослого орка мне не хватит массы, а вот превратиться в зеленого подростка вполне могу. Это даже лучший вариант - дети и по территории передвигаются беспрепятственно, и спросу с них меньше. Приметил одного паренька и затаился.

Трансформация завершилась к утру. На случай, если столкнусь лицом к лицу с "оригиналом", я изменил раскраску лица и, минуя часового, вошел в лагерь.

Найденова Липа

- Что ты сказал?! - не поверила я своим ушам.

- Йа тьйоже землиянин, - продолжил ошеломлять меня Фатун, ответив на ломанном русском.

- Если сказать, что я в шоке, значит бессовестно приуменьшить!

Староста улыбнулся.

- А откуда знаешь мой язык и понял, что я из России?

- Ты во сне разговаривала. А русский изучал перед поездкой на Олимпиаду.

Вот это известие! Как выброшенная на берег рыба я таращила глаза и хватала ртом воздух. Это что же получается? Он… он… мой настоящий отец?

Сразу вспомнилась оброненная Фатуном фраза о том, что его нашли тридцать лет назад якобы с потерей памяти. Все он помнит, даже чужой язык. Но вот все ли знает? Когда и как он улетел на Пангею? Успела ли до него дойти информация о том, что его белокожая подруга забеременела?

Никак не решаюсь задать так волнующий меня вопрос. Вдруг моя фантазия выдает желаемое за действительное? Ведь староста Заозерья вполне может оказаться не тем легкоатлетом из Эфиопии. И Москву он посещал, например, в качестве тренера, массажиста, врача, зрителя… да кого угодно! Или вообще из другой африканской страны, говорящей на сомали.

Сидящий рядом тоже погрузился в думы.

Послышались крадущиеся шаги. Кто-то тайно приближался к дому. Мы затаились. Вот из-за угла выскользнула тень, а следом показалась и черный силуэт, который, не замечая нас, заглянул в окно моей спальни. Рука человека сжимает то ли топор, то ли дубину, - в темноте не разберешь.

- Олика, ты спишь? - прошипел Мидо.

- Тьфу, дурачок, напугал! - воскликнула я.

Парнишка, видать, от неожиданности неуклюже отпрянул и выронил предмет на землю.

- Чего, ты тут забыл? - строго спросил отец.

- Здравствуйте, дядька Фатун. Я тут Олике цветы принес и хотел пожелать спокойной ночи, - залепетал Мидо и упал на четвереньки, пытаясь разыскать потерянный букет.

- Скорее доброго утра, - усмехнулась я. - Уже рассвет скоро.

- Действительно, пора вздремнуть, - согласился староста и шепнул: - Утром договорим.

Я кивнула, а он повысил тон и обратился к моему ухажеру:

- Только смотри долго ее не задерживай.

- Как скажете, дядька Фатун, - кивнул мальчишка.

- И в губы не целуйтесь! Только в щечку! И только на прощанье! - уходя, дал наказ родитель.

- Папа! - возмутилась я.

Смущенный Мидо, наконец, отыскал подарок и вручил мне растрепанные хризантемы.

- Ах, какой запах, - погрузила я нос в лепестки и вдохнула аромат. - Спасибо!

- Знал, что тебе понравится.

- А почему не предупредил, что придешь?

- Хотел сюрприз сделать.

- Отец тебя чуть лавкой по голове не огрел. Вот это был бы для тебя действительно сногсшибательный сюрприз.

Мы прыснули от смеха. Потом ещё немного поболтали, и Мидо собрался уходить.